— Зато каждому из них придется пересечь линию огня.
— Это верно. Но что мы будем делать ночью?
— Нужно постараться отбросить их до захода солнца.
— Мы с тобой старые приятели, Джеймс, и поэтому хочу тебя попросить. Прибереги на всякий случай две пули, — как бы ненароком произнес Клауд.
Оглянувшись на Эмили с Торнтоном, Джеймс вздохнул:
— Для них?
Клауд лишь кивнул в ответ.
— Я сделаю то же самое.
Джеймс удивленно взглянул на друга. Никогда еще ему не доводилось видеть, чтобы тот настолько откровенно выказывал свои потайные мысли.
— Просто помни, что эти подонки сделают с ними, если мы с тобой погибнем.
Клауд кивнул, и Джеймс, которому страшно было даже подумать о том, что ждет Эмили с Торнтоном в случае поражения, невесело усмехнулся:
— И я тоже буду помнить.
Сварив кофе, Эмили направилась к мужчинам. Ей было достаточно взглянуть на их хмурые лица, напряженные позы, руки, крепко сжимавшие ружья, чтобы догадаться: то, что они увидели внизу, их сильно беспокоит. Не проронив ни слова, она пробралась между Клаудом и Джеймсом и опустилась на колени.
— Это не индейцы? — неуверенно спросила она. — Индейцы среди них тоже есть.
— Но они не похожи на того, кто хотел увезти Торнтона, правда, Клауд?
— Да. Это обыкновенные бандиты и изменники.
— Изменники?
Решив, что Эмили должна знать правду, Клауд мрачно кивнул:
— Сомневаюсь, что они вообще кому-то могут быть друзьями, даже друг другу. Тех индейцев, которые находятся среди них, сородичи изгнали из племени, а это обычно случается с теми, кто совершил преступление. Есть среди этой шайки полукровки, взявшие самое плохое из обеих рас, есть белые, люди вне закона — попадись они в руки властям, их тут же повесят. С ними парочка мексиканцев и несколько дезертиров — их можно узнать по потрепанном военной форме. Такие же дезертиры убили моих родителей в Арканзасе с самом конце войны. Они никому не нужны, никто их не любит; но и они ненавидят всех и ради собственной выгоды пойдут па что угодно, даже матери родной горло перережут. А держатся они вместе лишь потому, что поодиночке их легче было бы поймать. Не существует в мире преступления, которое они уже не совершили или не совершат в скором времени.
Эмили содрогнулась.
— Теперь они нас обнаружили…
— Не совсем, Они, конечно, знают, что в пещере кто-то прячется, а вот сколько нас и кто мы такие, они пока не догадываются.
— Я умею стрелять, Клауд.
— Очень хорошо, но делать этого ты не будешь.
— Тогда я могла бы помочь еще чем-нибудь…
— Я знаю, ты молодец. Но все-таки самая лучшая помощь, какую ты можешь мне оказать, — это не путаться под ногами. Возьми Торшона и спрячься с ним куда-нибудь подальше, чтобы вас не было видно. Да потуши, черт побери, этот костер.
Эмили бросилась выполнять приказ. Маловероятно, конечно, что, если костер не будет гореть, бандиты оставят их в покое, но они должна была хоть чем-то занять себя.
Покончив с одним делом, Эмили тут же взялась за другое. Отогнав лошадей в глубь пещеры и сложив пожитки в кучу, она соорудила нечто вроде маленькой баррикады для себя и Торнтона. Примостившись с внутренней стороны, она крепко прижата к себе мальчика и строго-настрого приказала ему сидеть тихо. Теперь все четверо напряженно ждали атаки — а в том, что она не за горами, никто из них не сомневался.
Внезапно Эмили пришла в голову неплохая мысль. Подкравшись к лошади Гайдара, она незаметно вытащила из дорожной сумки револьвер и коробку с патронами, а затем, быстро вернувшись на свое место, зарядила оружие.
Клауд, похоже, не поверил, когда она заявила, что умеет стрелять. Что же, ничего удивительного, Как ему было не сомневаться в ее словах, когда она уже не раз доказала свою абсолютную беспомощность и незнание здешней жизни. Эмили принялась горячо молиться, чтобы ей не пришлось применять оружие, понимая, однако, что, если возникнет такая необходимость, она не задумываясь пустит его в ход.
Положив револьвер на колени, Эмили не сводила напряженного взгляда со входа в пещеру.
Внезапно снизу раздался гортанный крик: по-видимому, это был сигнал к атаке. Клауд злобно выругался. Он до последней секунды надеялся, что эти подонки не решатся на них напасть. Проверив револьвер и ружье и убедившись, что они заряжены, он стал ждать. Нападающие теперь могут поступить по-разному. Оставалось лишь надеяться, что они сделают неправильный выбор.
— Если они знают, что мы здесь, почему мы ждем?
— Потому что мы должны быть уверены, что каждый выстрел попадет в цель, — бесстрастно проговорил Клауд.
Джеймс согласно кивнул.
— Как ты думаешь, когда они начнут?
— Надеюсь, что прямо сейчас.
— Узнаешь кого-нибудь из них?
— Heт. Большинство из тех, кого я знал, уже покой-си.
— К сожалению, на их место всегда приходят другие… Смотри, кажется, они приближаются…
Когда раздался первый выстрел, Эмили закусила губу и, не сводя взгляда с мужчин, принялась горячо молиться Господу, чтобы он оставил ее друзей в живых.
