Меня пронзило отчаянное желание прыгнуть в его объятия, и тут я заметила звериную настороженность, которая появилась в его глазах, скользящих по мне сверху донизу. Меня пробрала дрожь, и я почувствовала себя очень неуютно в своей старенькой футболке с рисунком Диснейленда, привезенной мне Мелани из одной из своих ежегодных поездок, которые она неизменно предпринимала, говоря, что ей нравится «впадать в детство».
Сегодня утром его глаза казались такими темными, что, клянусь богом, в этом горячем дьявольском взгляде больше не осталось ни проблеска голубизны.
Прежде чем Реми успел спросить, что я делаю в его постели, я вскочила на ноги и, пребывая в состоянии невменяемости, помчалась в свою комнату переодеваться, ощущая на себе его пристальный обжигающий взгляд.
Но он так и не пошел вслед за мной.
Не пришел он и в спортзал.
– Это нормально, когда такое случается, – сказал Пит, пожимая плечами, после того как мы прождали Реми в зале целых два часа. – Возможно, ты захочешь заняться своими делами сегодня, Брук. Будет лучше, если ты как следует развлечешься и погуляешь на солнце.
Вообще-то после вчерашней выпивки слово «солнце» звучало для меня не столь соблазнительно, но я кивнула и отправилась гулять по Майами, честно пытаясь проникнуться удивительно яркой латиноамериканской культурой и всем прочим, но у меня просто не было для этого сил.
Никогда раньше я не испытывала похмелья, и это определенно такой опыт, который я никогда и ни за что не хотела бы повторить.
У меня постоянно пересыхало во рту, сколько бы воды я ни пила, к тому же меня подташнивало, голова кружилась, я чувствовала себя совершенно разбитой, ослабевшей и едва видела, куда шла.
Но все же я решила сделать усилие и позвонить родителям, пока ходила по магазинам в центре Майами.
– Где ты сейчас? – потребовала отчета мать. – Твой отец спрашивает, пойдешь ли ты в тот знаменитый ресторан, как он там называется, куда ходят все кинозвезды?
– Мама, я здесь работаю вообще-то, а не отдыхаю, – устало ответила я. – Для меня это не отпуск. И если бы ты сказала мне название этого места, я, возможно, и смогла бы догадаться, о чем ты спрашиваешь.
– О, ничего страшного! Мы получили открытку от Норы! Она в Австралии и шлет всем привет. Ты бы видела пляж на той картинке. Ах! Это настоящий рай. Интересно, видела ли она настоящих аллигаторов? Или там живут крокодилы? Ты не знаешь? Крокодилы или аллигаторы?
– Крокодилы, мам. Думаю, они есть и здесь, во Флориде. Послушай, я не могу долго говорить, у меня разряжается батарея. Я позвоню тебе в следующие выходные, хорошо? Я просто хотела узнать, как вы там.
Я нажала отбой, потому что идея позвонить родителям сегодня оказалась не самой удачной. Они у меня замечательные, и я их очень люблю, но они все же
Они любопытны, категоричны в своих требованиях и, естественно, действуют мне на нервы.
Меня особенно возмущало то, что все их мечты были связаны с моей всемирной славой. Эти мечты разбились вдребезги в тот день, когда я повредила колено, и я знала, что они на самом деле не верили, что их дочь когда-нибудь сможет жить «полноценной» жизнью.
Возможно, мне было бы намного легче общаться с ними, если бы Нора делала чуть больше, чем просто посылала им ежемесячные открытки.
Возвращаясь в отель, я встретила Диану в сувенирном магазине, и мы вместе с ней зашли в кафе перекусить.
– Пит сказал, что наш парень сегодня неважно себя чувствует? – грустно спросила она.
Я продолжала ковыряться в своем салате и восполнять недостающую в организме жидкость натуральным фруктовым соком просто потому, что в моих висках стучали молотки. Я знала, что моя печень не привыкла к таким злоупотреблениям, как вчера. К своему организму я всегда относилась очень бережно, и сегодня он явно мстил мне за алкоголь, гадкую пищу и неудовлетворенные желания.
– И часто такое случается? – спросила я, отрываясь от салата и переводя взгляд на нее.
Диана кивнула.
– Понятно, – слабым голосом ответила я и отложила вилку. – Это из-за того, что он плохо переносит алкоголь, или из-за проблем со сдерживанием гнева?
– Я бы сказала, что это из-за проблем, но точно не знаю. – Подняв свой чай со льдом, Диана откинулась на спинку стула и пожала плечами. – Мне об этом известно меньше всех. Все, что я знаю, – это то, что Реми – настоящая заноза в заднице. – Она многозначительно покивала и сделала глоток через соломинку. – Не подарок, одним словом. Вот почему я очень, очень хочу, чтобы ты передумала, прежде чем… ну, конечно, если ты не уже?..
– Ничего не было, Диана. – Я потерла лоб и позвала официанта принести счет.
Мы расплатились, и она пригласила меня в свою комнату, чтобы проверить кое-какие рецепты, но я вместо этого направилась в наш номер, который, как я обнаружила, парни держали запертым с табличкой «Не беспокоить», висящей на дверной ручке. Я открыла дверь ключом и зашла внутрь, чтобы спокойно убрать основной разгром и хотя бы немного привести номер в порядок.
