– Детство у герцогов Харт не бывает счастливым, мисс Хаттинг, хотя я надеюсь, что Маркус стал исключением из общего правила. – Миссис Каллен улыбнулась и постучала по деревянной столешнице, чтобы не сглазить. – Только представьте: на протяжении двухсот лет ни один из них не знал в лицо своего отца, и вплоть до поколения моего мужа, ни у кого из них не было сестер. Матери их… Скажем так: по преданию, матери их все эгоистки, не способные ни на какие теплые чувства; корыстные и властолюбивые. Впрочем, поскольку в эту компанию попала и я, у меня возникли сомнения. Не исключено, что были среди этих женщин и любящие матери. Вероятно, матерей, едва разрешившихся от бремени, тем или иным способом устраняли из жизни сыновей. И это дело рук конкретных людей – мужчин, которых назначали опекунами будущих герцогов Харт.
Кэт не могла не согласиться с тем, что версия ее гостьи имеет право на существование. Мужчины, особенно те, кто верит в свое высокое предназначение, считают, будто им все позволено, и действуют соответственно.
– В общем, – продолжила миссис Каллен, – бедным мальчикам с самого раннего детства зачем-то внушают мысль, что они умрут до того, как родится их первенец. Вам не кажется, что это радости не прибавляет?
– Да уж, – кивнула Кэт. Бедный Маркус.
– Я отдала сына на воспитание его тете по многим причинам, но назову лишь одну. В семье Маргарет он бы рос со своим кузеном Нейтом, и это помогло бы ему научиться любить тех, кто находится рядом.
Миссис Каллен подалась вперед и взяла Кэт за руки.
– Я уверена, что Маркусу вы дороги, мисс Хаттинг. Я думаю, вместе вы могли бы победить проклятие. Именно поэтому я отняла у вас столько времени сегодня.
Победить проклятие?
– Вы заблуждаетесь.
– Я любила отца Маркуса, когда выходила за него замуж, и считала, что моей любви будет достаточно, но ее не хватило.
– Миссис Каллен, я не выйду замуж за вашего сына!
– Наверняка он вновь придет просить вашей руки. Так просто Маркус не оступится. Он полагает, что в долгу перед вами…
– Я сказала ему, что он ничем мне не обязан.
– Я не уверена в том, что Маркус любит вас уже сейчас, но точно знаю, что у него есть к вам чувство. Если это только похоть, то вы должны придерживаться твердой позиции и не соглашаться ни за что.
Маркус ее вожделеет? При этой мысли Кэт ощутила волнение…
– Миссис Каллен, я убежденная старая дева!
– Но если это все же любовь и Маркус любит вас, мисс Хаттинг, тогда проклятию конец. Это и есть ключ, решение головоломки – герцог должен жениться по любви. Обещайте мне, что не выйдете за него замуж, пока он не признается вам в любви.
Женщина явно слегка не в себе. Самое лучшее, что могла сделать Кэт, самое милосердное – это подыграть ей.
– Хорошо, миссис Каллен. Обещаю вам, что не выйду замуж за герцога, пока он не признается, что любит меня.
Из дневника Изабеллы Дорринг
Кэт стояла перед входом в церковь и слушала орган. Странная меланхолия охватила ее. Она проводила здесь многие часы, играя с сестрами в куклы. Они рассаживали кукол на скамьях, пока мама украшала цветами алтарь, или взбегали на кафедру наперегонки, когда папа готовился к проповеди. Но было место, к которому Кэт старалась не приближаться. Кэт улыбалась, вспоминая, как отец озабоченно спрашивал ее, отчего она так боится склепа третьего герцога Харта. Наконец папа понял, в чем дело, и терпеливо объяснил дочери, что герцог и герцогиня, лежавшие там рядом, молитвенно сложив руки, лишь мраморные изваяния, а их тела находятся глубоко внизу, в большом каменном ящике.
Кэт посмотрела на пол. Второй герцог тоже был тут, под проходом, но остальные покоились не здесь, а в часовне при замке. Того, кто проклят, в церкви не хоронят, хотя прямо об этом никогда не говорилось. Какой викарий скажет это тому, кто оплачивает и нужды церкви, и нужды викария?
Видел ли Маркус места упокоения своих предков? Он не заглядывал в церковь с того дня, как Кэт пошла с ним развешивать объявления о вакансии в доме старой девы.
Кэт хотела повернуться, чтобы посмотреть…
«Нет. Я не должна на него смотреть».
Ее непреодолимо тянуло взглянуть на него, но она стойко сопротивлялась. Самые разумные жители деревни уже перестали судачить о них даже после того, как миссис Гринли увидела, как Маркус зашел к ней в дом. И Кэт не хотела подливать масла в огонь.
