А сейчас, я тихонько пробираюсь мимо Лёна, и выхожу из комнаты в поисках уборной. Вокруг тишина и темнота. Еще только начало светать и тени от предметов проявляются на стенах и полу. Мне удается найти ванную комнату без особого труда - это комната, находящаяся рядом с комнатой, в которой я спала. Она достаточно просторна, а еще, я замечаю много баночек и пузырьков с шампунями, мылом, гелем и кремами. Это то, чего мне так долго не хватало.
Выходя из ванной, я натянула на себя полотенце, которое висело на крючке, рядом с входной дверью, потому что моя одежда уже стояла колом от грязи и пыли. Я выстирала ее и теперь ищу место, где бы смогла ее просушить. С моих волос еще капает вода, и если кто захочет меня найти, он обязательно отыщет, по моим мокрым следам на полу.
Кухня, ммм... Есть охота так, что начинает кружиться голова, а желудок сводит спазмами. Я не могу терпеть больше. Кладу мокрую одежду на стул, а сама начинаю открывать шкафчики в поисках чего- то не приготовленного, без лекарств и других добавок.
- Да, у нас много чего есть вкусненького, если ты, конечно, не ищешь клад. Красть у нас точно нечего! - Лён появляется так внезапно, что мое сердце останавливается с испугу, а потом начинает отбивать дробь, когда я узнаю его голос.
Он стоит на пороге кухни, улыбается мне. А вот я, своей бледность, наверное, сильно его испугала.
- Прости, я просто очень голодна, а тебя будить не хотела. - оправдываюсь я.
- Ничего, я тебе даже помогу. Сам не ел с прошлой смены. А ты? - решил спросить он, видимо, чтобы поддержать разговор.
- А я вообще не помню, когда ела в последний раз. - Решила не скрывать я.
- Я мигом.
Лён начинает суетиться на кухне, пока я нахожу место для сушки моей одежды и белья. Когда я вернулась обратно, на столе уже не было свободного места. Такое ощущение, что Лён выложил на него все содержимое кухонных шкафчиков и холодильника. И как теперь объяснить ему, что я хочу, но не могу, есть их пищу? Я присела на стул, заботливо выдвинутый для меня Лёном, и осмотрела каждый продукт, что уместился на столе. Остановила взгляд на яблоке и решила, что это наименее опасный продукт. Не будут же прокалывать каждое яблоко, легче добавить лекарство в готовую пищу. От Лёна не скрылся мой загадочный поиск.
- В чем дело? Ты ешь только растительную пищу в сыром виде? Я где то читал, что раньше это считалось полезным, но уже давно доказан вред употребления только необработанной пищи. Разве ты не согласна с этим?
Я не знала, что ответить и делала вид, что тщательно пережевываю яблоко, хотя мой желудок, от его сока, сводило еще сильнее.
- А она боится, что еда отравлена! Ведь так? - Раздается мужской, командный голос, а я даже перестаю жевать от испуга. Лён же наоборот, глядя на меня, даже не оборачиваясь, начинает смеяться во весь голос.
- Ты бы видела свое лицо сейчас! - Сквозь смех говорит Лён и снова продолжает смеяться.
Я же, смотрю на мужчину в дверях. Он очень высокого роста и похож на Лёна, только намного старше и его волосы окутаны сединой, но сквозь еще черную бороду проглядывает та же, что у Лёна обворожительная улыбка. Это может быть только его отец. Когда я вспоминаю, в каком виде нахожусь на кухне, мое смущение переходит на покрасневшие щеки.
- Видишь, она тоже не принимает лекарств, довольно давно. Какие чувства бурлят!!!
Я не очень одобряю эту беседу - сквозь меня. Но молчу, я же в гостях.
Лён, уже успокоился, и представляет нас.
- Это Лин - моя пара. - Говорит он, глядя на отца, и подмигивает ему, как и мне на панели. - А это мой отец - член правления, по связям с общественностью Господин Зоин.
- Можно просто Зоин. - Он подходит ко мне и вместо привычного рукопожатия, он обхватывает меня руками и крепко прижимает к себе. Мои руки висят по бокам, я напугана и не знаю, как действовать. Разве это нормально, когда член правления или отец твоей пары так действует. Может и нормально, думаю я, ведь я не знаю, как принято в Новом городе встречать пару своего сына. Может - это принятая мера радушия. Я делаю усилие над собой и прижимаю руки к бокам Зоина, как бы обнимая его. На самом деле, из мужского пола, я обнимала только Тима и хотела, чтобы так осталось навсегда. Наконец, Зоин отстраняется и осматривает меня на расстоянии вытянутой руки, так пристально, что мне не ловко, и я опускаю глаза. Зоина - это ничуть не смущает, и он продолжает пялиться.
