- Это наша надежда, и если не сейчас, то уже никогда. - Говорит он, а я не понимаю ни слова из того, что он сказал. Какая надежда? Если он о нашем разговоре, то причем тут машина, от которых мы укрывались и таились всю дорогу? Он говорил, что сообщит информацию, то как только надежда станет пустой. Или наоборот актуальной? Я не могу вспомнить, и стою, вместе со всеми. Мы смотрим на приближающуюся машину и разглядываем в стекле пассажиров. Но уже слишком темно, чтобы кого-то заметить. И мы просто стоим, освещенные фарами большой машины, на виду, как четыре деревца, раскачиваемые легким ветерком.
Машина останавливается, заглушая свой мотор, пышущий жаром. Дверь открывается и из машины выходит только один человек. Он идет к нам, и я слышу вздох облегчения вырвавшийся из груди Лёна. Во мне тоже начинает переворачиваться все внутри, когда я, не видя лица, узнаю походку и все движения идущего к нам человека. Все оживают и бегут на встречу ему. Все, кроме меня. Я не могу поверить своим глазам и губам, которые шепчут его имя «Тим». Я не могу заставить себя, как раньше, броситься ему на шею, расцеловать и прижать к себе. Я слишком многое упустила, чтобы позволить себе такое поведение. Все растворилось и я не чувствую в себе тяги к человеку, которого я не достойна. И если он меня презирает, то я буду рада, обоснованности его чувств. Но если он станет снова утверждать обратное, я не смогу ему поверить. Уж если я не могу себя простить, за глупые, необдуманные поступки, то как может меня простить он? Я чуть не подбила его на решение, изменившее все в его жизни и в жизни многих невинных людей, которым пришлось бы ввязаться в чужую войну!
Тим кивает всем, перебрасывается несколькими словами и они садятся в машину. Он оборачивается и идет ко мне. Мои мышцы сковало и я не могу пошевелить даже пальцами рук, просто стою и не могу отвести взгляд от него.
- Лин, ты что здесь стоишь, пойдем скорее. - Говорит он и обнимает меня, когда подходит достаточно близко. Но не чувствуя ответных объятий отстраняется и смотрит мне в глаза. - Что-то случилось? Что с тобой?
Я открываю рот, но не могу произнести ни слова. Это шок, или я просто боюсь, сказать то, что должна. Тим осматривает меня и хочет сказать что-то еще, но к нам подходит Лён и зовет скорее садиться в машину. Тим берет меня за руку и тянет за собой к машине. Я передвигаю ноги и иду за ними, усаживаюсь на переднее сидение, куда Тим меня подводит и расслабляю мышцы, которые от долгой дороги ноют и болят.
Я закрываю глаза, но не сплю. Напряжение не дает мне возможности отключиться от реальности, хотя бы на некоторое время. Я просто делаю вид, что уснула, чтобы спрятаться от объяснений своего странного поведения. Я не хочу изливать то, что накопилось у меня внутри, при всех.
Мотор заводится и машина медленно приходит в движение, меня качает на сидении и Тим, наклоняясь ко мне, аккуратно пристегивает ремень безопасности.
- Что с ней? - Обеспокоенно спрашивает он, обращаясь к остальным.
- Наверное устала, а вообще я давно заметил, что она решила повесить на себя все случившиеся события. Наверное не может теперь себя простить, за то что втянула нас во все это! - Объясняет Тиму Лён.
«Предатель, вот я поговорю с тобой, как только останусь наедине. Врезать бы тебе как следует»
- Она даже не подошла ко мне, когда я приехал, может я что-то неправильно сделал? Может нужно было рассказать ей наш план, а не скрывать? Точно, мы договаривались не скрывать друг от друга ничего, а я скрыл. Заставил ее думать, что бросил. Зря мы так. - Начинает накручивать себя Тим и мне становиться не по себе. Ему не за что себя винить, это я во всем виновата. Я поставила его пред выбором. Из-за меня ему пришлось вернуться из Коммуны, где тихо и спокойно, в этот омут, где через некоторое время начнется война. Еле сдерживаю себя, чтобы не выдать своего притворного сна.
- Да нет, мы все правильно рассчитали. Никто не должен был знать, что ты задумал выехать из Нового города, чтобы предупредить людей в Коммуне и вернуться помочь нам. Кстати где водитель, который должен был возить тебя? - Спрашивает Лён, очень обеспокоенно.
- Не волнуйся, все в порядке. Я оставил его в Коммуне, чтобы он не выдал нашего расположения и того, что я скрылся на машине. Сейчас его никуда не пустят, а после я проведу с ним беседу.
- Хорошо, а то я уже надумал себе. - Смеется Лён. - Я достал отпечатки для нас. Теперь нас пятеро. Я чуть не поседел, когда ты стал задерживаться.
- Пришлось повозиться с управлением машины, а что с оружием?
- Все в порядке. Девчонки достали даже больше, чем требовалось, но есть проблема, никто из нас не умет из него стрелять.
- Я умею, а большего нам и не надо, я надеюсь. Остальное для устрашения. Чтобы наши слова воспринимались всерьез. Говорят, раньше, это всегда действовало. - Отвечает Тим.
- А где ты научился стрелять? - Спрашивает Су, вмешиваясь в разговор между Леном и Тимом.
