Когда Рон, немного успокоилась, и стала способна не только выкрикивать что-то похожее на «какое счастье, что же с тобой было или, а ты представляешь», тогда я смогла спокойно обсудить детали событий, произошедших с ней, и со мной. Выяснилось, что после своего падения со стены, Рон не помнит ничего. Ни то, как попала в Коммуну, ни то, как ее из нее выкрали, ни то, как ее выкупил Новый город у похитителей. Она помнит только прыжок в реку, а после больничная палата уже в Новом городе. Бедняжка, ей даже никто не сообщил того, что ее похищали. Дали ей думать так, что ее вытащили из реки, и спасли жители Нового города. Оказывается, лекарство, добавленное похищенным девушкам, действует намного серьезнее, чем мы думали. Наверное, первая доза лекарства, выдаваемая в пищу – всего лишь снотворное, а есть еще вторая порция, которая значительно влияет на память. Я постаралась восстановить, ту часть в сознании Рон, которую мне рассказывал Тим и остальные. Она слушала меня, перепуганная, что ей пришлось многое пережить, чего она даже не может воспроизвести в своей памяти.
– Рон, у меня есть к тебе предложение. Я хочу взять тебя с собой, в поддержку. Сейчас, будет проходить собрание правления Нового города, в котором мы, – я указываю на моих спутников, стоящих неподалеку, ожидающих конца моего разговора, – принимаем непосредственное участие. Ты все поймешь по ходу, но основной момент, тебе придется объяснить заранее. Дело в том, что Новый город хочет объявить войну Основному. – Рон, вздрогнула, от сказанных мной слов, но я не собиралась щадить ее чувства, в данный момент, у меня просто на это не было времени. – Сама по себе, война – уже идет. Она направлена на уничтожение Нового города экономически, Основной город хочет ослабить противника, вымогая, с помощью похищения девушек, наиболее значимые для обеспечения жизнедеятельности города, ресурсы. А совсем недавно, в том месте, где держали вас в заложниках, был найден большой запас оружия и патронов к нему. Основной город планировал напасть первыми, теперь эту попытку осуществит Новый город. Что ты думаешь по этому поводу?
– Война! Это так серьезно и страшно. – Не таясь, начала Рон. – А есть способ ее предотвратить? – Сразу же задает она вопрос.
– Мы надеемся, что есть. Но в этом вопросе есть и другая сторона. Нужно ли ее останавливать? Я хочу, чтобы ты хорошо подумала и вспомнила все, что произошло с тобой, все, чему тебя научило время, за этот короткий промежуток времени вне Основного города. Вспомни, как людей Основного города кормят пищей с лекарствами, чтобы скрыть плачевное состояние окружающей среды и заставить беспрекословно выполнять то, что им потребуется. Вспомни, как они спокойно разменяли нас, на более выгодный товар. Прибавь к этому то, что людей, не подходящим им по результатам тестирования, они безжалостно выпихивают за купол, без воды и пищи, на верную смерть. И в окончании, задумайся о том, что семьи, которые могли бы жить вместе, навсегда разлучены. Прошу тебя, обдумать всю эту информацию и позже высказать свое мнение по этому вопросу. Твое решение, как и наше, будет выслушано и возможно принято во внимание правлением.
Я заканчиваю высказывать свои доводы, а Рон, пристально смотрит куда-то вдаль. Может быть, она вспоминает родной город и мечтает туда попасть вновь, а может она прислушалась к моим словам, и желает что-то поменять. Мне, пока, не известно об этом. И я не желаю прерывать ее внутренней борьбы. Все же остальным, я давала больше времени для раздумий, чем ей. Я машу рукой, чтобы к нам присоединились остальные. Они быстро подходят и по лицу Лёна, я понимаю, что времени у нас осталось совсем мало, и нам следовало бы поторопиться в зал заседаний правления. Что мы поспешно и делаем.
Внутри здания, я уже не озираюсь по сторонам, как в первый раз, хотя архитектура Нового города, меня не перестает поражать. Сейчас, меня бьет мелкой дрожью, от предстоящего разговора. Снова – заседание, и снова – волнение. Мы не договаривались друг с другом о том, что будем говорить правлению. Мы, даже не до конца знаем свои позиции, что придется занять, в этой странной игре вождей. Тим, сжимает мою руку крепче, хочет успокоить мою дрожь и волнение. Сейчас – это не поможет, но я благодарна, что он рядом со мной до последнего. До того момента, как нас разделит его выбор. Это его решение, принятое путем взвешивания человеческих судеб и людских жизней. Он выбрал жизнь, я выбираю будущее. Он не может сделать столь смелый шаг, из-за ответственности, возложенной на него, должностью Главы Коммуны.
