- Не стоит. Возьму редакционную машину. Пусть хоть иногда тебя видят за работой, это не повредит.
- Ладно, Проныра.
Подъехав к дому, в котором жил Шэйн, Проныра увидел серую автомашину марки "датсун", стоявшую метрах в пятидесяти от калитки. В ней сидели не то двое, не то трое мужчин. Полиция или безопасность, подумал Проныра, вылезая из "фиата".
Он вошел в квартиру и, осмотревшись, понял, что после него с Лорой здесь опять кто-то побывал. Впрочем, такого разгрома, как в прошлый раз, не было. Стол стоял на своем месте, кровать застелена, но Проныра заметил, что ящики в одной из тумб стола наполовину выдвинуты. Он хорошо помнил, что задвинул их. Значит, кто-то продолжает поиски.
Проныра тщательно проверил содержимое всех ящиков. Он не знал, что ищет, однако надеялся наткнуться на что-нибудь, хоть какой-то намек, но ничего такого в ящиках не было. В верхнем лежала фотография Марка, брата Шэйна, убитого "фашистскими свиньями". Те же счета и квитанции в других ящиках. Шарпевильский плакат. Проныра в раздумье огляделся по сторонам. Ему стало как-то не по себе в маленькой комнатушке.
Стук в дверь вернул его к действительности.
- Кто там? - спросил Проныра.
- Полиция.
Проныра открыл дверь. Двое мужчин прошли мимо него в комнату, окинули ее взглядом.
- Что вы тут делаете? - поинтересовался один из вошедших, тот, что был дороднее и погрубее на вид.
- Я мог бы задать вам тот же вопрос, - пожал плечами Проныра.
- Мы при исполнении, - сказал здоровяк.
- И я тоже.
- Послушайте, мистер, инспектор велел вам держаться подальше от этого дела. Нам приказано арестовать вас за вторжение в чужую квартиру.
Проныра рассмеялся:
- Добрый старина Килонзо!
- Я сказал что-нибудь смешное?
- Нет-нет, - ответил Проныра. - Просто мне сдается, что такой роскоши вы не можете себе позволить. Ведь вы как будто ищете певца Шэйна, верно?
- Кто вам это сказал?
- Сам догадался. И еще вы разыскиваете ученого, сбежавшего из Южной Африки. Вам совсем ни к чему, чтобы публика узнала, сколько дров вы наломали в этом деле. Если вы меня арестуете, придется предъявлять обвинение. Дойдет до суда, и моя газета разоблачит вас до самой задницы.
- Вы угрожаете официальным лицам! - возмущенно заговорил второй полицейский.
- Нет, сэр, я вас просто предупреждаю. Вам приказано следить за квартирой и за подозрительными типами, которые могут тут вертеться. Насчет меня у вас никаких инструкций нет. Так что, если вам шкура дорога, лучше оставьте меня в покое.
Казалось, толстый полицейский вот-вот лопнет от распиравшей его ярости.
- Терпеть тебя не могу, и твою писанину тоже! - сказал он. - Вечно пыжишься доказать, что умнее нас. Когда-нибудь...
- Так-так, - перебил его Проныра. - Что же случится когда-нибудь?
Полицейский подошел к двери, отворил ее и пропустил вперед своего напарника.
- Тогда узнаешь... - Он вышел и что есть мочи хлопнул дверью.
В половине шестого Проныра подъехал к "Хилтону" и загнал машину на одну из платных стоянок. После ухода полицейских он еще немного задержался в квартире Шэйна, но ничего не обнаружил. Чувствовал он себя подавленным и усталым.
Проходя мимо стойки портье к буфету, Проныра услышал свое имя.
- Как дела, Проныра? - окликнул его Джозеф.
- Так себе.
- Я ведь с первого взгляда понял, что тот парень в темных очках без багажа и есть ученый. Ты все точно написал в статье. Ученый-беглец. А этот южноафриканский певец - знаешь, я всегда подозревал, что с ним дело нечисто. По тому, как он одевался, как пел, сразу можно было догадаться.
Проныра улыбнулся.
- Верно-верно, - сказал он и пошел дальше.
Хорошо бы и впрямь обладать способностью сразу обо всем догадываться, думал Проныра, принимая от официанта бутылку пльзеньского. Жить было бы легко и просто.
- Странное это дело, - произнес официант.
Проныра взглянул на него:
- Какое дело?
- Да стрельба эта, про которую вы писали.
- Ах, вот ты о чем!
- Очень странное, - продолжал официант. - У нас в отеле никогда раньше стрельбы не было.
- Всегда что-то случается в первый раз.
- Жутко вспомнить. Надо же - хотел бросить тень на официантов!
- Нет, официанты тут ни при чем, - бесстрастным голосом сказал Проныра.
- Знаю. Говорят, это какой-то южноафриканский певец из ночного клуба. Но на нем была наша форма. Поэтому он и пробрался в номер.
Проныра отхлебнул пива, а официант наклонился, чтобы протереть влажной тряпкой стол. Проныра засмотрелся на руку с тряпкой, двигающуюся то туда, то сюда по белой пластиковой поверхности стола. Из коричневого рукава торчала белая манжета рубашки. Проныра поставил бокал на стол.
- Слушай-ка, брат, - спросил он, - а где твой пиджак?
- На мне, - ответил удивленный официант.
- Нет... твой собственный. Не форменный китель.
- А, мой! Внизу, в раздевалке. Мы все там оставляем свои вещи, когда приходим на работу.
Проныра поднялся:
- Ты не проводишь меня туда?
- Не знаю, как и быть. Управляющему не понравится, если я отлучусь.
- Не беспокойся, - сказал Проныра. - Я все ему объясню.
