— Разве дед не говорил тогда, что Тарье — единственный, кто может использовать его по назначению?
Тронд не слыхал, что говорил дед, и поэтому ничего не мог вспомнить.
— Но ведь Тарье сейчас в Тюбингене, в южной Германии! Не мог же он забрать туда все! Наверняка он спрятал оставшееся дома и спрятал хорошо, потому что я никогда этого не видел.
— Да, — задумчиво произнес Бранд. — Он наверняка припрятал все. Чтобы не нашел этот прохвост Колгрим.
Тронд повернулся к Бранду и пристально посмотрел на него.
— Время от времени у тебя начинают ворочаться мозги, брат. Разумеется, так оно и есть! Ведь ты хорошо знаешь, как относился дед к тем, кто привержен добру. Но все-таки я думаю, что он поступил неразумно. Именно «меченые» в каждом поколении и имеют право на владение колдовским зельем. Такие, как Колгрим.
— Да, — сказал Бранд. — Я думаю, они будут считать это большой несправедливостью с его стороны.
— Я тоже так думаю.
Бранд засмеялся.
— А было бы забавно стать невидимкой! А иметь мандрагору — а? Она ведь дает человеку необыкновенные силы. Но лучше все же стать невидимкой. Представь себе, что может натворить такой человек в лагере врага!
— Да, ты уж скажешь! — засмеялся в ответ Тронд. И они принялись фантазировать о том, что может натворить невидимка.
Один из братьев никак не мог заснуть. Он все время думал о том, как бы разбогатеть нечестным путем. Он глядел, как пылает и колышется на ветру в ночи лагерный костер, а мысли его шли своим чередом, делая неожиданные для него самого повороты.
Его фантазии становились все более и более устрашающими и вместе с тем все более и более заманчивыми. Он все дальше и дальше уходил в неведомые, темные, головокружительные глубины собственной души.
Мандрагора… Невидимка…
Йеспер повернулся, закутанный в шинель, и застонал, открыв во сне глаза. Он тяжело дышал.
— Что с тобой, Йеспер?
— Поберегись! — свистящим шепотом произнес Йеспер. — Я вижу огромную кошку! Громадную пасть! На том самом месте, где ты сейчас сидишь!
— Не болтай!
— Клянусь тебе!
— Ты в самом деле видишь кошку?
— Нет, вообще-то это не кошка. Но пару светящихся глаз, в которых сверкают искры, как это вообще бывает у кошек, я вижу. Они вообще-то как раз находятся на месте твоих глаз, так что зверь где-то позади тебя!
— Ты, я вижу, не силен в употреблении слов, Йеспер: ты сказал слово «вообще» целых три раза за одну минуту.
— Но разве ты не видишь, что это опасно? Это же дикий зверь!
Они осмотрели все, но никого не нашли.
Йеспер снова лег, взволнованный и возбужденный.
— Наверное, это был страшный сон… Но вообще-то я видел…
Он замолчал. Опять он употребил это слово.
Его собеседник лег на свою шинель, улыбаясь и думая: «Теперь я знаю! Я знаю! Я знаю, что это я — избранник Людей Льда! И дед знал это. Однажды он с таким удивлением посмотрел на меня… Я один из них! Как прекрасно наконец узнать об этом! Но я сохраню это в тайне. Никто не должен об этом знать».
На следующий день молодой Тронд, к удивлению остальных, пошел к своему командиру обер-лейтенанту Крузе.
— Что? — презрительно усмехнулся офицер, в хорошем настроении после сытного обеда сидевший в кругу собутыльников. — Стать офицером? Что это за самонадеянный норвежец? Как тебе это удастся, а?
— Благодаря моим навыкам, только и всего, — пояснил Тронд. — Я знаю, что у меня есть качества командира.
Господа офицеры, бывшие в хорошем настроении, рассмеялись.
— Тебе придется выполнить одно поручение, — весело сказал Крузе. — Если это тебе удастся, будем говорить по существу. Впрочем, нет, два поручения. Ты согласен?
— Да, обер-лейтенант, — радостно ответил Тронд.
— Хорошо. У нас есть небольшой отряд наемных кнехтов, которых никто не может обуздать. Если тебе удастся укротить этих скотов, — это будет первое задание, — а потом повести их на разведку в маленькую деревушку к югу от Хамельна, где, как говорят, находятся агенты католической армии, и выведать все, но так, чтобы противник вас не заметил и чтобы кнехты не разгромили всю деревню, — вот тогда ты будешь офицером.
Тронд сиял от счастья, но товарищи Крузе были озабочены.
— Не слишком ли это рискованно? — сказали они, когда Тронд ушел. — Мальчишку может ожидать ужасный конец.
— Вовсе нет! Во-первых, ему не удастся уломать наемников, они поколотят его. А во-вторых, никаких католических агентов нет в радиусе многих миль. Тилли не издавал приказов к наступлению.
Лидером Католической лиги, которую поддерживал кайзер, был курфюрст Максимилиан Байерн. Главнокомандующим у них был аскет и фанатик граф Тилли, который еще в 1622 году сделал католическим весь Пфальц. В 1623 году он победил герцога Брауншвейга-Вольфенбюттеля, а в 1624 году был в Гессене. С тех пор протестанты на севере стали бдительнее.
Тилли прославился тремя характерными чертами: никогда не пил вина, не пользовался расположением женщин, и никогда не бывал побежден с первого удара.
Теперь он занял выжидательную позицию, хотя мог бы без труда преследовать протестантов.
