Дорожка была выложена треугольными камнями так, что два камня образовывали квадрат, серо-зеленый раствор использовался, чтобы соединить камни. Вдоль дорожки через каждые двадцать футов были установлены фонари с волокнами аскамы. Попадая под свет, моркаин – чистый газ, находящийся в стеблях аскамы, начинал флюоресцировать и мог давать свет почти шестнадцать часов. Это означало, что растения, вырабатывавшие этот газ, должны были выращиваться в полной темноте подвальных помещений. Если бы хоть один лучик света, будь он от солнца или от самого волокна аскамы, проник бы в темноту подвала, в стволе аскамы начались бы химические процессы, и погиб бы весь урожай. До помещения, где в замке выращивали аскаму, можно было добраться по обеим винтовым лестницам. Геометрия поворотов лестницы была рассчитана так, что свет не мог проникнуть на дно. В каждом конце комнаты было по двери, но одна открывалась в каменную стенку, а следовавшая за ней дверь была смещена немного в сторону.
– Как ты думаешь, что лежит в медальоне? – наконец обратился Поль к резлану. – Какая сила может одновременно и создать, и разрушить мир?
– Я не знаю, Поль. Об этом ничего не говорится в Книге Пророчеств.
– Как ты думаешь, это все выдумки?
Резлан положил руку на плечо Поля и они продолжили путь.
– Возможно, Поль, тебе надо искать доказательства не в религии. Возьми и рассмотри дилемму, стоящую перед геологом. Как показали исследования вьюна, Восточные горы – самые древнейшие скальные образования. Итак, кто посадил там самые первые вьюны? И как это было осуществлено? – Резлан приподнял брови. – Вспомни, мы же находимся на двенадцать тысяч футов выше поверхности планеты.
Историки стоят перед аналогичной загадкой. Почему время рождения Восточных гор предшествует истории? А разве не то же самое мы имеем в случае с замком Чалмет? Открой книги по истории на первой странице, к этому времени замок уже полностью построен.
Резлан убрал руку с плеча Поля и опустил ее на перила. Дождинки ударяли его по руке, но, казалось, он этого не замечал.
– Ранние годы спрятаны от нас. Я думаю, преднамеренно. – Он посмотрел на Поля.
– Я думаю, что медальон может оказаться той самой ниточкой, которая могла бы соединить нас с теми годами.
Поль кивнул головой в знак согласия с замечаниями резлана. Голова Поля была переполнена мыслями о том, как много произошло за столь короткое время. Он еще раз обдумал все приготовления, которые они провели с Илладом перед его завтрашним путешествием. Интересно, не забыли ли они чего-нибудь. Все так быстро сплелось в один клубок после его встречи с Арнуном. Арнун!
– Я должен тебе кое-что показать, – воскликнул Поль, неожиданно вспомнив о наброске, который он сделал и сунул в карман своей рубашки. Они подошли к фонарю.
– Рисунок был голубым и белым, и вышит он был на плаще Арнуна. По краям были какие-то хитрые линии, но я был слишком далеко, чтобы разглядеть их. А это вот рисунок, который был в центре.
Резлан внимательно рассматривал набросок, сделанный Полем.
– Может оказаться, что у нас с Арнуном есть нечто общее, – наконец произнес он. – Мы оба резланы.
– Он резлан?
Он – один из немногих, которые ездят по селениям лесорубов на полуострове. Резлан покусал губы. Это тяжкая жизнь.
Поль вспомнил, каким худым показался ему Арнун.
– Ну что ж, это обнадеживает.
– Что?
– То, что он резлан.
– ???
– Видишь ли, я всегда считал, что те, кто посвятил свою жизнь толкованию Книги Пророчеств и умеющие рассудить, где добро, а где зло, ну, как, например, ты, – благородные и честные люди. И уж навряд ли они будут устраивать мистификации.
Резлан улыбнулся.
– Твое замечание очень лестно, но тебе следует быть очень осторожным, когда ты берешься судить о человеке по его профессии или когда ты сравниваешь кого-нибудь с другими, занимающимися тем же делом. Ты все еще очень молод, и делать обобщения – это одно из свойств юности. У тебя есть гораздо более веские причины верить Арнуну.
– Ну и какие?
– Он спас тебе жизнь.
За два часа до рассвета тридцать всадников выехали из северной части замка Чалмет. Они повернули на восток и, проезжая поля гороха, пшеницы и тыквы, поторапливали своих лошадей, чтобы добраться до Восточных гор к рассвету. Оставался еще час до того момента, когда солнце высветит вершины гор. Всадники повернули на юг и теперь скакали в серо-голубой тени, отбрасываемой горами.
Этот маршрут выбрал Иллад Рахман. Конечно, это был окольный путь к поместью Церус, и если бы они поехали на юго-запад через поместье Каркан, дорога оказалась бы гораздо короче. Но юго-западная часть от замка Чалмет представляла собой непрерывные пастбища, и на них день и ночь пасли свои стада пастухи. Можно было не сомневаться, что тридцать вооруженных всадников привлекли бы их внимание. Бенэярдам не дано было знать, кто работал на Мартхана и Тайдена и кто следил за ними.
К середине утра они добрались до восточной оконечности войда Дейдона.
