В 1583 году Иван IV составил свое последнее завещание. В нем он объявлял наследником Федора Ивановича, по назначил регентский совет, который бы «ведал царство» помимо слабоумного сына Грозного. Опекунами стали люди, которые составляли «ближний круг» царя. В последнее правительство Грозного входили князья Иван Мстиславский и Петр Шуйский, Никита Захарьин-Юрьев, Богдан Бельский и дьяк Андрей Щелкалов. Все они и стали регентами — все, кроме Щелкалова. Возможно, здесь-то у нашего героя и взыграло честолюбие.
Н. И. Костомаров писал: «царь (как впоследствии открылось) составил другое завещание: оставляя престол полуумному Федору, он назначал правителем государства эрцгерцога Эрнеста (брата австрийского императора Рудольфа II)… Эрнест должен был получить в удел Тверь, Вологду и Углич, а если Федор умрет бездетным, то сделаться наследником русского престола… Тайна этого завещания не была им открыта Борису (Годунову), но ее знали вышеупомянутые бояре. Дьяк Щелкалов изменил своим товарищам и тайно сообщил об этом Борису. Они вдвоем составили план уничтожить завещание, когда не станет Ивана».
Когда была уничтожена «духовная грамота» Грозного? На этот вопрос историки не дают однозначного ответа. Вероятно, это было сделано в первые минуты после кончины государя. А вскоре «при невыясненных обстоятельствах» скончался человек, который это завещание записал, — бывший личный секретарь царя дьяк Савва Фролов.
Вероятно, именно тем обстоятельством, что Щелкалов выдал Борису Годунову тайну «духовной» Ивана IV, и объясняется тот факт, что главный советник царя уцелел после смерти своего державного покровителя. Однако, возможно, политический союз Андрея Щелкалова и Бориса Годунова возник еще при жизни Грозного — после того, как царь вознамерился жениться на Марии Гастингс, графине Гонтингтонской.
Этот проект чрезвычайно беспокоил клан Годуновых, которые были кровно заинтересованы в том, чтобы московский престол после смерти Ивана IV достался царевичу Федору, женатому на Ирине Годуновой. Очевидец событий Джером Горсей писал: «Князья и бояре, особенно ближайшее окружение жены царевича — семья Годуновых… изыскивали секретные средства и устраивали заговоры с целью уничтожить эти намерения…»
Переговоры о заключении династического союза между Россией и Англией проходили трудно, не в последнюю очередь из-за позиции, занятой главой Посольского приказа. Английский посол даже жаловался царю, будто «дьяк Андрей Щелкалов дает ему дурной корм: вместо кур и баранов ветчину, а он, Боус, к такой пище не привык». И вообще творит всяческие «невежливости и неудовольствия». Грозный отстранил Щелкалова от переговоров. Эта нелепая на первый взгляд размолвка вызвала срыв переговоров, а вскоре Грозный скончался.
В тот роковой день 18 марта 1583 года, как писал Джером Боус, «Щелкалов прислал сказать ему, что английский царь помер».
Андрей Яковлевич был решительным противником русско-английского союза. Елизавета соглашалась на заключение договора лишь в том случае, если Московской торговой компании будет предоставлена монополия на торговлю во всех портах России, которые закроются для голландских, французских и других купцов. Щелкалов же считал, что если «опроче аглийских людей торговати на Русь ходити не учнет нихто, и они станут свои товары дорожить и продавать дорогой ценой по своей мере, как захотят».
Были у московского «канцлера» и иные соображения.
В 1588 году английский флот разгромил испанскую Непобедимую армаду. Этой победой англичане в немалой степени были обязаны… России. Из русских портов к берегам туманного Альбиона шли корабли с товарами, которые сегодня мы называем стратегическим сырьем: древесиной, корабельными мачтами, льном, пенькой, канатами, смолой… Англичане везли в Москву ткани, предметы роскоши, музыкальные инструменты, ювелирные изделия, посуду— и это в то время, когда страна, изнемогавшая в Ливонской войне, больше всего нуждалась в оружии и боеприпасах. Более того, когда польский король Сигизмунд II обратился к Елизавете Английской с просьбой не продавать московитам порох и пушки, королева заявила, что никогда не поддержит «этого нечестивого врага (Грозного)». В августе 1570 года (обратим внимание на любопытное совпадение: именно в это время Андрей Щелкалов встал во главе Посольского приказа) Иван IV, не дождавшись поставок оружия из Англии, выпроводил англичан из России, конфисковав имущество Московской торговой компании. В октябре 1570 года он пишет Елизавете оскорбительное письмо, в котором называет королеву «пошлой девицей». Мы не можем утверждать, что именно Щелкалов продиктовал Грозному этот текст, но то, что его содержание полностью отвечало устремлениям «канцлера», — несомненно.
