Планы ученого полностью совпали с планами Советской власти. Революция, провозгласившая в России «землю крестьянам», пришла в Туркестан с лозунгом, несколько странным для русского уха, но вполне понятным в краю пустынь: «Воду дехканам». Семнадцатого мая 1918 года Совет Народных Комиссаров за подписью В. Ульянова (Ленина) принял декрет «Об ассигновании 50 миллионов рублей на оросительные работы в Туркестане и об организации этих работ». Другой декрет «О восстановлении хлопковой культуры в Туркестанской и Азербайджанской Советских Социалистических Республиках» предлагал местным правительствам «закончить все первоочередные работы по приведению в порядок ирригационных сооружений к весне 1921 года». Гражданская война и разруха помешали осуществить ленинский план. В 1922 году в Туркестане под хлопком оставалось всего лишь пятьдесят тысяч десятин - в десять раз меньше, чем в 1916-м. Удивляться нечему: воду в том же двадцать втором получила только половина хозяйств, нуждающихся в орошении.
Настоящее «культивирование воды» началось в Средней Азии в 1924 году. И едва ирригаторы предприняли техническую реконструкцию поливных систем, как вода, по определению П. Павленко, тотчас «обернулась хлопком»: площади под хлопчатником к 1928 году удвоились, поднялся урожай волокна.
Вода пошла на поля. Но будет ли она только носительницей богатства или снова приведет за собой беду? Исаев видел: ирригаторы не всегда понимают свою задачу достаточно широко, не всегда представляют то, что хирурги именуют «отдаленными последствиями операции». Между оросителями и медиками нет никаких контактов. Исаев берется за перо. Ах, как он не любит писать! Лучше десять публичных выступлений перед любой аудиторией, чем страница рукописного текста. Но на этот раз выхода нет. Надо обратиться к водникам, надо разъяснить им, что цели врача и инженера-гидротехника в Средней Азии едины. Обычно нетерпеливый, он проявляет на этот раз поразительную выдержку, по нескольку раз переписывает и правит каждую страницу. Надо раздвинуть общественный и научпый горизонт ирригаторов, во что бы то ни стало сделать их друзьями медицины. Исаев пишет статьи для газет, письма ответственным работникам ирригационной службы, сочиняет статью о водном факторе для «Вестника ирригации». Куда девался его суховатый стиль! Статьи, предназначенные для глаз инженеров, написаны приподнятым, взволнованным языком. Кое-где автор готов даже польстить своим читателям.
«Малярийная пандемия 1921 - 1923 годов - memento mori 1 [1
Землю должно обеспечить водой, только при этом условии она прокормит население. Это трудная задача. Еще труднее - дать воду без малярии. Решить этот вопрос - значит овладеть водным хозяйством… Идеал маляриолога сходится с идеалами водника, пх путь - один путь. Каждое достижение водника - победоносное наступление на малярийном фронте, каждая неудача или неверный шаг - отступление или начало поражения… Итальянцы считают, что будущее в борьбе с малярией принадлежит инженерам. Мы же должны сказать - не будущее, а настоящее в борьбе с малярией в Средней Азии принадлежит инженерам, вернее, всему коллективу водников, работающему в контакте с маляриологами в условиях Советской власти» 2 [2 «Вестник ирригации», № 3, 1926 г. Ташкент. Статья «Ирригация и малярия в Средней Азии».].
Подружиться с племенем инженеров Исаеву удалось без труда. Сначала эти контакты носили личный характер, но вскоре участие медиков в планировке и создании оросительных систем было закреплено законом. Через много лет, вспоминая о годах первых пятилеток, инженер-ирригатор В. Е. Гальцев писал: «…Исаев изъездил и исходил Узбекистан вдоль и поперек. На каких только водоемах он не бывал! Сколько раз, оставаясь в трусах, лазил в болота для изучения ландшафта, флоры и фауны; как Леонид Михайлович умел ладить с инженерами-гидротехниками, сколько вместе с ними натворил полезных государственных дел! Это был период сплошных дерзаний…» 1 [1 Гальцев В. Е. Письмо к министру здравоохранения Узбекской ССР, 1958 г.].
