Неровные пятна света от догоравших вышек метались над разбуженным поселением. Буднично, как на учениях, взвод разбился на группы, методично охватывая периметр.
— Не отставать, не отставать, — подгоняли сержанты. — Гранаты к бою! Первые номера — вперед!
Струи огня почти одновременно выхлестнулись из низких окон крайних бараков. Спустя секунду до Сергея донесся сдвоенный хлопок плазменных гранат. Взвод приступил к тотальной зачистке.
— Тевтон, двое на одиннадцать! Слева, слева! — чей-то возбужденный крик словно дал сигнал: затрещали очереди винтовок, кося выбегающих из дверей полуголых сонных людей.
— Есть, сделал!
— Группа на два часа, Лях — пара фугасных! — спокойно приказывал Бахча.
— Салочник, твою мать, ты меня чуть не поджарил! — истерично кричал Крыса.
— Внимательнее, внимательнее, никого не пропускать. Осматривать помещения, — стараясь перекричать какофонию в эфире, приказывал Кнут.
Снова вмешался лаунчер. «Бамм!» — ангар вспух изнутри, повисел в воздухе и сложился, словно карточный домик. Веселое пламя заплясало над его остатками.
Люди, потерявшие от ужаса голову, выскакивали из уцелевших бараков, вливались в бегущую толпу. Багрово-дымная темнота взблескивала яростными короткими вспышками. Разрывные пули с сухим треском выбивали из-под ног бетонную крошку. Поток толпы растекался ручьями между горящих строений, ручьи упирались в колючее ограждение, выплескивались через поваленные ворота на поле перед позицией Сергея. Мерцающий звездный свет серебрил белые тела. Кто-то в панике кинулся к лесу прямо через минное поле. Дымная вспышка разорвала беднягу дождем поражающих элементов, хлестнула стальными шариками по обезумевшим людям. Многоголосо гомоня, ковыляя на раненых ногах, давя и отталкивая друг друга, толпа надвигалась на Сергея, растекалась по полю, маленькими бледными муравьями стремясь укрыться от смерти. Уже раздался полный тоскливого ужаса вопль укушенного каким-то гадом. Кто-то, яростно вертясь на месте, отмахивался окровавленными руками от роя голодных насекомых, облепившего тело.
— И куда их несет? — удивился Сергей. — Без брони, без оружия, в крови, голые. Там же верная смерть. За полчаса всех заживо пожрут.
— Огнемет! Справа, на три часа! — крик в эфире сменился звериным воем заживо сгорающего человека. Щелчок отключившегося передатчика оборвал трансляцию. Сразу две зеленых точки на дисплее замигали оранжевым. Слитно прогрохотала серия взрывов.
— Все, готов говнюк, я его сделал!
— Медик! Медик!
Сергей в последний раз оглядел деревню через оптический усилитель шлема. Все бетонные коробки, выжженные изнутри плазменными гранатами, чадно горели. Кто-то еще полз, волоча за собой внутренности, кто-то, запинаясь о трупы и оскальзываясь в лужах крови, неловко ковылял в дыму. Голая женщина с распущенными длинными волосами, упав на колени, отчаянно протягивала руки вверх. Или вперед? Ее детально прорисованная на фоне багровых сполохов фигура c рельефно очерченными бедрами и ослепительно черным каскадом волос, была подана усилителем с какой-то порнографической четкостью. В паху мгновенно стало тесно. В следующий миг спина женщины взорвалась брызгами разлетающейся плоти, ее опрокинуло навзничь и она превратилась в некрасивую поломанную куклу с неестественно подогнутыми ногами.
Сергей перевел регулятор винтовки в режим стрельбы по готовности. Десятки обезумевших от ужаса и боли муравьев бежали в его направлении, не пытаясь кинуться в стороны, где лес был гораздо ближе. Тактический дисплей увлеченно рисовал волну приближающихся красных точек.
— Это просто мишени, — подумал Сергей. — К тому же, если я их не убью, они подохнут страшной смертью.
— Триста двадцатый, огонь по пехоте противника!
— Принято, выполняю, — отозвался робот.
