Оставшись один, сажусь разбирать вчерашнюю почту. Тоже своего рода ритуал. Солнце насквозь просвечивает голубоватый куб голограммы. Объемные цветные значки внутри него слегка искрятся от прикосновения горячих лучей. Кроме вороха рекламных предложений и каталогов ненужных вещей, в очередной раз получаю приглашение на какой-то сногсшибательный тур. Как всегда — натуральные ощущения, искренние переживания, незаметный и великолепно обученный персонал. Эти предложения поступают мне регулярно. Чем больше размер моего банковского счета — тем чаще. Будто кто-то (или что-то?) задался целью выманить меня из моего уютного гнездышка. Выдернуть из круга пустопорожних знакомств, шумных вечеринок, купаний в прозрачной океанской воде. Иногда эти предложения пробуждают во мне любопытство. «Необходимость скрываться от своих врагов на диком острове, среди страшных джунглей, пытающихся вас убить. Нешуточная борьба за свою жизнь. Естественное течение событий, зависящее только от вашего мужества. Романтика неожиданных знакомств и восхитительный секс на открытом воздухе. Гарантируются натуральные чувства. Реальная возможность умереть». И объемные рекламные сценки, от просмотра которых начинает свербить в чреслах и учащается пульс. Наверное, стоит как-нибудь попробовать. Я вполне могу себе это позволить. Они ведь все равно добьются своего. Когда-нибудь. Не сейчас. Сейчас я возьму полотенце и пойду купаться. Буду плавать до изнеможения, борясь с течением прохладной реки. До самого завтрака. И во время завтрака буду думать, на что потратить сегодняшний день.
Этот грузопассажирский челнок выглядел так, будто касательно него проектировщики получили особый заказ. Хочется что-нибудь тесного и мрачного, сказали заказчики. Так что приладьте перед пассажирскими креслами грузовую сеть и сделайте так, чтобы при каждом маневре она колотила бедолаг по физиономиям. А сами кресла спроектируйте жесткими, как камень, и задвиньте поближе к грузу, чтобы ноги пассажиров не разгибались в коленях. В довершение всего воткните в переборку обзорный экран без светофильтров, чтобы счастливчики всю дорогу любовались видом горящих атмосферных щитов. Одним словом, сделайте так, чтобы всякому стало ясно: летать на десантном челноке Объединенных сил можно, но нормальные люди должны делать это как можно реже.
Заказ удался на славу. Внутри челнока было зябко, тускло и тесно. Грузовые контейнеры с полустертыми эмблемами Объединенных сил Альянса громоздились по сторонам роликовой колеи, которая, как миниатюрная железная дорога, проходила по палубе вдоль всего судна и заканчивалась у кормовой рампы. В воздухе витали запахи дезинфекции и горячей духовки. В довершение ко всему в атмосфере этот аппарат летал немногим лучше топора, запущенного с высокой башни. Но в этом Бруку только предстояло убедиться.
А пока он с любопытством крутил головой. Для него, еще несколько часов назад пребывавшего в анабиозе, все вокруг было ново и загадочно. Два месяца на транспорте Объединенных сил пролетели как один день, казалось, только вчера он был дома, на Мероа, и вот теперь оказался заброшен за десятки световых лет от родины. Так далеко, что вряд ли отыщешь среди россыпи звезд огонек родного солнца.
