— Ничего страшного не произошло, — улыбнулся Иван Сергеевич. — В тот год они похищали многих. Видимо, искали подходящих людей. Я даже не объясню, почему они, к примеру, выбрали меня. И они не объясняют. Отчитываться не намерены. Просто дали в наши руки особую миссию. Диктовать человечеству чужую волю. Их волю. В противном случае нас всех ждет катастрофа. Всех нас. Понимаешь?
Яковлев снова замолчал и полез во внутренний карман. Достал какой-то предмет, похожий на книжку или блокнот.
— Это ридер, — он кинул планшет Георгию, тот поймал его и осторожно повертел в руках.
Предмет оказался странным, весь цельный, без листков, как дощечка, и черный.
— Возможно, лет через пять — десять такие устройства повсюду будут, — сказал Яковлев. — Если, конечно, ничто не помешает нашим планам. Как им пользоваться, надеюсь, разберешься. Это несложно. На нем очень много информации и документации. Это тебе для общего сведения.
— Я? То есть…
Георгий запнулся. Он почувствовал, что за словами Яковлева, и вообще за всем, что происходит в эту минуту, стоит что-то очень важное.
Это вербовка — но отнюдь не из тех, пугающими историями о которых пичкали их на курсах. Здесь совсем другое.
Яковлев поднялся из кресла и, приблизившись, заставил подвинуться. По-отечески похлопал Волкова по плечу.
— И вы считаете, я достоин того, чтобы работать с вами? — Он выжидающе смотрел на шефа. — И не боитесь, что я вдруг захочу донести всю вашу правду до общественности?
Яковлев рассмеялся:
— Узнаю своего дорогого лейтенанта Волкова и понимаю желание противоречить. Доверяй, но проверяй, да? Ты же прекрасно знаешь, как отнесутся к твоему рассказу непосвященные люди — посчитают за сумасшедшего. А посвященные… С ними лучше вообще не связываться. Вспомни ту троицу. Так что оставь эти хохмы, Георгий Ефимович, для кого-нибудь другого. Мы здесь серьезные люди. Не в домино играть собрались.
— Хорошо, — Георгий выпрямил спину, расправил плечи. — Всерьез так всерьез. Тогда скажите — значит ли все это, что вы мне полностью доверяете?
— Да, — ответил Яковлев. — В тебе я никогда не сомневался.
После таких слов Волков готов был простить все свои прошлые обиды.
— А те гости из Москвы — они что-то знают об этой… о Консультации?
— Нет. До сих пор нам удавалось хранить ее существование в тайне. Надеюсь, что и впредь.
— Выходит, вы, Иван Сергеевич, засланный казачок? — Говоря это, Георгий снова усмехнулся против своего желания.
— Выходит.
— Да ладно, это я так шучу, не обращайте внимания, — заверил его Георгий.
Голова пухла от информации.
— Ему нужно побыть одному, — сказал Анисимов. — А нам еще надо бы заняться галесом.
— Нет, я не хочу оставаться один, — воспротивился Георгий. — Можно мне с вами? Ведь вы не для того посвятили меня, чтобы я оставался ни к чему не причастным.
— Да мы пока никуда и не уходим, — заверил его Яковлев. — Мы лишь упакуем его тело. А ты пока отдыхай.
Они ушли в ванную, а Георгий снова внимательно рассмотрел планшет. Заметил большую кнопку и нажал. Вздрогнул, когда внезапно черная поверхность вспыхнула и превратилась в экран, как на телевизоре, только с идеальным плоским изображением.
«Вас приветствует информационная система группы „Консультация“. Выберите локальное меню».
Появилось изображение руки и ряд мелких подписей, разбираться в которых Георгий решил не торопиться. Он снова нажал на большую кнопку. Экран погас. Что же, начало положено. Он взвесил планшет в руках, подивившись его маленьким размерам. Положил прибор на книжную полку и, пока Яковлев и Анисимов возились в ванной, отправился на кухню, чтобы заварить кофе. Чувствуя, что дико проголодался, достал из холодильника все, что было из запасов, — обрезок колбасы, три вареных яйца, банку кильки в томатном соусе. Подготовил стол. Даже если они откажутся есть, он сам сметет все это в один присест.
«Как это все нелепо…» — подумал он, глядя на стол. Килька в томате и мертвый инопланетянин.
За спиной хлопнула дверь ванной. Яковлев с Анисимовым вернулись.
— Тело упаковано и готово к отправке! — заявил Анисимов и, разглядев угощение, нетерпеливо потер ладони. — О! Это очень кстати!
Волков усадил их за стол.
— Ты можешь задавать вопросы, — предложил Яковлев, наливая кофе себе и Анисимову.
— Предупреждаю, их будет много, — ответил Георгий.
— Так и должно быть, — кивнул Анисимов. — Без этого нельзя. Ты не представляешь, сколько их было у меня, после того как Иван Сергеевич заявился ко мне домой…
Анисимов прихлебнул дымящийся напиток и зажмурился от удовольствия. Георгий смотрел на него и видел перед собой счастливого, очень спокойного и уверенного в себе человека. Ему тоже захотелось обрести такое же хладнокровие. Стать своим в команде. А для этого нужно обрести знание. Анисимов прав — нужно задавать вопросы, сколько бы их ни было.
Он знал — теперь получит все ответы.
— Иван Сергеевич, признайтесь, вы же нарочно спровоцировали меня, чтобы я продолжал вести это расследование? Вы не забрали вторые копии, хотя прекрасно знали, что я их сделал.
Яковлев кивнул:
— Надеюсь, ты меня простишь.
