— Не понял! — только и произнес Вольфрам.
Еще сонные мысли с трудом ворочались.
— ГРО-О-ОБ! — проорал он. — Как он смог выйти?! Что происходит?! Кто его разбудил?!
— Я, агент Вольфрам! — раздался без эмоций голос из стенного динамика.
— Как ни странно, ваша железяка на нашей, на советской стороне! — заявил полковник, двигая «усыплялкой», — А ну, руки за голову и в сторонку, приятель. Не знаю, как эта штуковина работает, но нажать сумею быстро!
— А дальше — что?
— Мы будем их изучать.
— Как ты собираешься их изучать, болван?! — отбросив манеры, крикнул Вольфрам. — Ты откроешь ловушку, Улей вырвется и что тогда будет?
— Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, не у одних вас есть такая возможность. Мы тоже кое-что умеем. Делай, что говорю!
Вольфрам сложил ладони на затылке и послушно отодвинулся.
— Значит так, я сейчас прохожу и иду на выход, верно? — крикнул Алексеенко, обращаясь, как Вольфрам понял, вовсе не к нему, а к предателю-роботу. — Как договаривались?
— Все так! — ответил ГРОБ.
— Это шутка?! — крикнул Вольфрам. — Ты что себе позволяешь?!
— Простите, агент Вольфрам, я должен это сделать.
— Сделать что? И что значит — должен?
— Выпустить Улей.
— Ты с ума сошел?!
— Как выпустить? — возмущенно крикнул полковник. — Ты обещал, что я возьму их себе! Мы не так договаривались?
— Мы договорились, что вы выйдете наружу и откроете клетку.
— Эй, а разве нельзя переиграть? — Алексеенко беспокойно затряс клеткой, в которой бесновались крысы. Но «усыплялкой» в другой руке продолжал держать Вольфрама на мушке.
— Ты тоже проиграл, приятель, — усмехнулся Вольфрам.
— Проиграл? Это мы еще посмотрим!
— ГРОБ, послушай! — выкрикнул Вольфрам. — Если ты еще что-то понимаешь, остановись!
— Я не могу, агент Вольфрам.
— Ты понимаешь, чем это тебе грозит?
— Прекрасно понимаю, агент Вольфрам.
В коридор вдруг вбежал Анисимов.
— Георгий, что случилось? Я только вышел из комнаты, как ГРОБ заблокировал дверь. Не могу снова войти.
Он остановился, разглядев полковника Алексеенко.
— Что происходит?
— Хотел бы и я знать! — воскликнул Вольфрам.
Полковник отер потное лицо.
— Мне не важно, что происходит. Я хочу выбраться отсюда! — крикнул он, обращаясь к динамику. — И вы мне мешаете! — «усыплялка» в его руке указывала то на Вольфрама, то на Анисимова. — А ну, в сторону! — проревел он.
Агенты раздвинулись и полковник, быстро прошмыгнув между ними, снова развернулся, не опуская оружия, после чего побежал по коридору и скрылся за углом.
— Он не сможет открыть шлюз, — сказал Анисимов.
— А ему и не нужно. ГРОБ ему откроет.
— ГРОБ?
— Да. Наш железный друг сошел с ума!
— Значит, ГРОБ? — задвигал челюстью Анисимов. — ГРОБ, ты меня слышишь? Отвечай! Ну!
Молчание.
— Сергей Иванович, эти твари каким-нибудь образом могли вселиться в ГРОБа или перепрограммировать его, когда он пытался с ними контактировать?
— Да откуда я знаю. У него нет нашей защиты. Ведь он искусственный. Возможно.
Агенты побежали за полковником. По пути был отсек склада, но входы в помещение оказались заблокированы. Ничем нельзя было вооружиться. Они миновали отсек за отсеком и уже были возле шлюза, видели, как в него нырнул полковник, но не успели, дверь перед ними закрылась. Вольфрам с ходу ударился в нее и забил кулаками, как будто мог справиться с пластом металла весом в несколько центнеров.
— Теперь мы сами в ловушке, — сказал Анисимов, вставая рядом, спиной к стене. — Но ГРОБ-то, ГРОБ!.. Кто бы мог подумать!
— Тварь он распоследняя! — взорвался Вольфрам и снова забил кулаками в дверь.
Осознав, что это тщетно, он нашел ближайший микрофон системы связи и, подбежав к нему, прокричал. — Ты не можешь его просто так выпустить. ГРОБ! Сделай что-нибудь. Одумайся! Вспомни, как ты хотел стать человеком!
Тишина.
Они с шефом уселись на полу возле шлюза. Тикало время, ничего не происходило.
Страдающим взглядом Вольфрам посмотрел на шефа, но у того вид был еще более потерянный.
