Процессом вскрытия и бальзамирования усопшей руководили лейб-медики К. Ф. Крузе[675] и И. С. Роджерсон. Они подписали протокол вскрытия, составленный по-немецки и по-английски. То, что «удар» 5 ноября 1796 г. был следствием запущенной гипертонической болезни, – вне сомнений. Этому дню предшествовали преходящие нарушения мозгового кровообращения. Кроме этого, на произошедшем сказался сильный стресс, связанный с провалом запланированной свадьбы, и привычка молодости, с которой императрице не хотелось расставаться (крепчайший кофе по утрам). Кроме того, 67-летняя императрица не желала прекращать и утехи с 29-летним Платоном Зубовым. Есть еще ряд факторов[676], которые ускорили кончину Екатерины II.
9 ноября лейб-медику Роджерсону поручили осмотреть тело умершей и «донести, в каком состоянии он его найдет». Роджерсон высказался за необходимость решительно сократить время прощания с покойной императрицей. Зимний дворец оделся в траур по своей первой хозяйке. Тело поместили в тронной зале под балдахином, положив руку покойной так, чтобы ее было удобно целовать прощающимся[677]. По свидетельству В. Н. Головиной, «Императрица Мария Федоровна расхаживала взад и вперед, отдавала приказания и распоряжалась церемонией. Ее довольный вид мучил меня… Рядом с Тронной находилась Кавалергардская зала. Здесь все было обтянуто черным: потолок, стены, пол. Блестящий огонь в камине один лишь освещал эту комнату скорби. Кавалергарды, в их красных колетах и серебряных касках, разместились группами, опираясь на свои карабины, или отдыхали на стульях. Тяжелое молчание царило повсюду, его нарушали лишь рыдания и вздохи»[678].
Через некоторое время по распоряжению Павла I состоялась церемония перенесения в Зимний дворец тела императора Петра III Федоровича из Александро-Невской лавры. Тело императора Петра III, убитого во время переворота 1762 г., выставили в Белом зале (ныне – Гербовый) Зимнего дворца, на катафалке, по правую сторону тела императрицы Екатерины II. Вскоре оба гроба перевезли в Петропавловскую церковь «с большою церемониею», где они и были погребены в один и тот же день.
В памяти современников и потомков Екатерина II осталась как Великая. Но есть и другие, не менее авторитетные мнения. Поэтому слово А. С. Пушкину:
Если говорить о состоянии здоровья императора Павла I, то каких-либо значительных свидетельств о состоянии его здоровья не сохранилось. Сам этот факт скорее свидетельствует о его удовлетворительном состоянии, хотя «болячки», по мелочи, конечно, имелись. Так, воспитатель С. А. Порошин упоминает, что наследника в детские годы часто мучили головные боли. Он же отмечает, что у Павла Петровича в юношеском возрасте были очень хорошие, белые зубы. Будущий император периодически, как и все дети, болел «положенными» болезнями.
