Андрей Дмитриевич без промедления вытащил ремень и подошел к маньяку. С трудом перевернул его на живот и завел руки за спину. Стянул ремнем запястья, потом посмотрел на ноги и решил связать и их. Нужен еще один ремень. У этого ублюдка он наверняка есть, но, чтоб взять его, надо было снова перевернуть эту махину… Андрей Дмитриевич вдруг почувствовал, что не сможет больше ничего сделать. Ноги подкосились, и он упал на колени перед связанным убийцей. Он иссяк, заряд кончился. Весь накопившийся адреналин был выплеснут с последним ударом битой. Но все-таки еще одну вещь нужно сделать. Иначе он будет таким же, как маньяк.
Андрей Дмитриевич достал телефон и посмотрел на девушку, о которой позабыл. Она смотрела на него безумными глазами – два шарика для пинг-понга в гранатовом соке. Андрей Дмитриевич поднял руки, будто несчастная наставила на него заряженный пистолет.
– Все нормально, – как можно спокойней произнес Андрей Дмитриевич. – Тебя больше никто не обидит.
Глаза внутри кровавой маски сместились на связанного здоровяка, потом снова вернулись к Андрею.
– Я сейчас вызову полицию. – Андрей Дмитриевич показал девушке телефон.
Но она дернулась и, не поднимаясь на ноги, рванула сквозь кусты.
– Помогите! – услышал Андрей Дмитриевич, набирая 112. – Убивают!
Андрея Дмитриевича трясло. Либо в кабинете было холодно, либо излишки адреналина не давали успокоиться.
– Ну что, гнида, не думал, что все так повернется?
Андрей Дмитриевич не сразу понял, что обращаются к нему. Но боль в области почек напомнила о зловещей ошибке, о дьявольской несправедливости.
– Я поймал маньяка, – терпеливо ответил он. Его руки до сих пор были скованы за спиной.
– Нет, сука, это я поймал маньяка, – сказал мужчина. Он снял неуместные в помещении солнцезащитные очки и подвинул два листа формата А4 поближе к Андрею Дмитриевичу.
– Посмотри-ка сюда. Это показания тех счастливчиков, которым сегодня удалось выжить после встречи с тобой.
– Что? Какие показания? Вы у девушки спросите. На нее напал маньяк, а я…
– Спросили, – терпеливо ответил полицейский. – Вот ее показания. – Он поднял один листок и потряс им. – И да, ты прав – на нее напал маньяк. Ты!
– Бред. Вы проверьте звонки. Я вызвал полицию, как только связал убийцу.
– Проверим, конечно. Слушай, а может, тебя совесть замучила, а? Вот ты и вызвал полицию. А сейчас как?
– Что как? – не понял Андрей Дмитриевич.
– Как совесть? Может, раз уж ты полицию сам себе вызвал, то и явку с повинной напишешь?
– Перестаньте! – выкрикнул Андрей Дмитриевич и тут же, понизив голос, продолжил: – Перестаньте меня обвинять.
– А то что? – Хозяин кабинета прищурился, будто пытаясь угадать, что предпримет задержанный, если его еще раз обвинят в убийствах. – Саданешь мне битой по голове?
Андрей Дмитриевич мотнул головой, отгоняя предположения полицейского.
– Или отверткой ширнешь? Да нет же! Я знаю, что ты сделаешь. – Мент взял со стола бутылку минералки и показал Андрею. – А? – Он расплылся в улыбке. – Значит, бутылку мне…
Он не успел договорить. Андрей Дмитриевич готов был броситься на него, как только тот взял в руки бутылку. И бросился. Полицейский дернулся, бутылка выпала из рук и разбилась о край стола. Андрей Дмитриевич попытался боднуть мента головой, но уже через пару секунд после неудачного маневра кто-то дернул его за цепочку наручников, задрав скованные руки вверх. Андрей Дмитриевич, не достигнув цели, приложился лицом о стол.
– Убери это говно! – приказал кому-то хозяин кабинета. Рывок. Андрей Дмитриевич вскрикнул и, оказавшись на ногах, тут же упал на стулья у стены.
– Давай его в «обезьянник», пока Ильин не приехал.
– Я не убивал! Я никого не убивал! – закричал Андрей Дмитриевич, когда его вытащили в коридор.
– Все вы так говорите, – огрызнулся опер. Достал телефон и набрал номер.
– Алло, Ильин? Майор, поймали мы твоего маньячилу! В парке напал на супружескую пару… В парке, говорю, напал. Да. В клетке зверюга. Да он это! Я же говорю, зверь. На меня кинулся… Снимай свою засаду. Конечно… Не за ордена работаем.
Нажал отбой и посмотрел на фоторобот, прикрепленный к магнитной доске. Встал, снял рисунок, всмотрелся в широкое округлое лицо. Нет, сомнения, безусловно, были, но не в своем профессионализме, а в наблюдательности несостоявшихся жертв. Видать, со страху маньяк показался им здоровенным мордатым мужиком. А на деле зверь может сидеть и в слабом старикашке с интеллигентным тубусом.
Майор Виктор Ильин спустился к реке. После дождя такой спуск мог стоить переломанных конечностей. Обнаженная девочка лежала головой в воде. Волосы струились на поверхности воды, закрывая бледное лицо. Стройное, не по возрасту развитое тело было в черных пятнах от синяков и грязи. Без экспертиз Ильин видел – девочку изнасиловали.
– Семя собрали? – спросил майор у эксперта. Этот тип никогда не нравился Ильину, но личные взаимоотношения не должны мешать работе. Тем более если от правильных действий эксперта зависело, как скоро они выйдут на след убийцы.
