Может быть, они уже здесь. Они способны отключать наше сознание – а потом творят, что хотят. Среди всех преступлений мира их немного сейчас – и опасность пока невелика.Но это пока…
Они приходят и просто вселяются в нас!
Может быть, от скуки.
Или они ищут новых ощущений.
Хотя они не знают, что такое эмоции.
Они просто приходят.
И съедают нас…
Из протокола допроса обвиняемого
Григорьева А.Г. по п. 5
ст. 1238 УК Содружества
«Умышленное убийство»
«Пассажиров рейса номер двадцать девять: «Земля – станция «МИР» – Пояс астероидов – спутник Европа» просят пройти на регистрацию к стойке номер четырнадцать и пятнадцать!» – раздался мелодичный женский голос автоинформатора. За соседним столиком встрепенулась группа бородатых молодых людей в вытертых комбинезонах. Наверняка, геологи. Они похватали пузатые рюкзаки, кофры с бионоутами и заспешили через зал ожидания. У стоек номер четырнадцать и пятнадцать уже собралась приличная очередь: несколько семейных пар со взрослыми чадами (ребенок после школьного выпускного имеет право посмотреть на восходы Юпитера!), группа молодых парней – по виду типичные инженеры-«освоенцы», неотрывно «висящие» в своих компкартах, две скромно одетые женщины неопределенных профессий, и те самые бородатые геологи.
И – я.
Позвольте представиться: меня зовут Родион. Да-да, мои папа и мама считали, что у ребенка обязательно должно быть русское имя. И, конечно же, они смотрели и очень любили фильм «Москва слезам не верит». Ну как, скажите мне, можно не любить эту легендарную ленту?! Несмотря на то, что персонаж Родиона Петровича в кино был не самым положительным, моим родителям он полюбился и это повлияло на их желание назвать меня этим именем.
Пара слов о себе: я закончил среднюю школу в городе Ленинграде, там же закончил профтехучилище по профессии «автослесарь электромобилей с интеллектуальным приводом», уже потом поступил в Ленинградский астробиологический институт и закончил его с «серебряным» дипломом. Когда я учился на последнем курсе, экспедиция Провоторова нашла жизнь на спутнике Юпитера Европе и мне, как отличнику учебы, было предложено проходить там преддипломную практику. Да еще и с выплатой повышенной стипендии! Кстати, недавно по визору, в передаче «Международная панорама» рассказывали, что в странах «победившего капитализма» стипендий у студентов совершенно нет, учеба там сплошь платная, студентам приходится подрабатывать, чтобы платить себе за учебу – ну как тут хорошее образование получишь?
Но я, кажется, отвлекся!
Открытие жизни на Европе не было, конечно, совершеннейшей сенсацией. Внеземная жизнь в Солнечной системе уже была к тому времени найдена: под поверхностью Марса были обнаружены обширные колонии плесени и грибов. И вы знаете, что именно это стало главным препятствием к заселению «красной планеты». Когда «Первая марсианская» полностью развернулась на планете, эта плесень проникла во все, даже особо изолированные модули колонии, стала бурно цвести, и заражать все подряд. Тогда в колонии умер космонавт Степанов: плесень вызвала у него аллергическую реакцию, закончившуюся отеком легких – и врачи экспедиции не смогли его спасти. Экипаж той экспедиции целый год потом сидел в карантине на станции «МИР»: ученые брали у них все мыслимые и немыслимые анализы, целые институты изучали эти анализы вдоль и поперек – и лишь потом вынесли вердикт: «Опасности не представляют».
После того случая был введен временный мораторий на марсианские экспедиции. Но ничто не мешает нам изучать Красную планету дистанционного – в прошлом году туда запустили межпланетную станцию с наисовременнейшей автономной лабораторией для исследования грунта и атмосферы. Эта лаборатория -плод международного сотрудничества капиталистических США, Великобритании, ФРГ и стран Содружества. И станция по сей день работает на Красной планете на радость и нашим, и западным ученым – места для изучения хватает всем.
