Во времена блаженного Людовика, короля Франции, один высокий епископ приехал из Германии в Париж с визитом к королю. Он прибыл в сопровождении двух молодых людей, сыновей его брата. Однажды епископ был занят делами, и юноши, охотясь на птиц, попали в сад знатного вельможи. Увидев их из своего дворца, он спросил, кто они, и так как никто их не знал, то приказал повесить их на деревьях. Епископ обо всем поведал королю. Король, приняв сторону епископа, не мог сдержать гнева и поклялся на святом Евангелии повесить вельможу. Он изложил суть дела на своем совете, и почти все стали отговаривать его от исполнения клятвы, убеждая в том, что это приведет к великой распре в королевстве. Король созвал множество ученых монахов и спросил их, может ли он пренебречь своей клятвой. Они ответили, что это было бы только во благо всему королевству, ссылаясь на то, что Ирод не сдержал клятвы обезглавить (святого) Иоанна (Крестителя), ибо требование юной (Саломеи) было неразумным и несправедливым. Так и король, хотя епископ по праву требовал возмездия за смерть своих племянников, не сдержал клятву, которую дал не подумав, ибо это сулило великие беды королевству. И хотя он не мог на деле осуществить свое намерение, то повелел выполнить клятву формально. Король приказал посадить вельможу нагишом в мешок и повесить на несколько часов на виселицу, а когда того сняли, то велел ему уплатить штраф флоринами, вес которых был равен весу самого вельможи. Но чтобы не думали, что им владела алчность, он поделил эти деньги на три части и одну дал проповедникам (доминиканцам), и мы построили дормиторий и трапезную, а две другие — миноритам (францисканцам) и монахам Сен-Жермен (де-Пре), которые построили церкви[609].
Эта история удивительно напоминает дело сира де Куси и то, как были повешены трое молодых фламандских аристократов, охотившихся в его лесу. В ней тот же гнев Людовика Святого относительно третейского суда знати, та же враждебность части подданных (преимущественно аристократии); король также вынужден отказаться от прежнего решения и пойти на компромисс, ограничившись денежным штрафом. К этому политическому нравоучению
Последний
