Хорошему слуге остается подняться еще на одну ступень, и король считает его достойным возведения в дворянство. Подобное возведение в дворянство может быть осуществлено, как и при предыдущих королях, путем назначения на соответствующие должности. Основные виды службы при дворе, должность казначея Франции (Лабрюйер, Расин, Реньяр этим воспользовались), некоторые должности эшевенов (как в Лионе и Тулузе) — давали возможность «примазаться» к дворянам. Но Людовик XIV, который стремится наложить на все свою личную печать, гораздо больше ценит персональное зачисление в дворянство. Он не злоупотребляет этим способом, но прибегает к нему, ибо «величие королей проявляется лучше всего в их способности приравнивать маленьких людей к вельможам королевства»{49}.
Заслуженные люди, которым король вручает дворянские грамоты, представляют собой почти полный набор талантов или «способностей»: художники (Ленотр в 1675 году, Робер де Котт в 1702 году), врачи (первый хирург Жорж Марешаль в 1707 году), инженеры (Пьер-Поль Рике, инициатор строительства Канала двух морей в 1666 году), банкиры (Самюэль Бернар в 1699 году). Но военные заслуги продолжают цениться превыше всего.
Королевскими грамотами от января 1674 года Его Величество причислил к дворянству двух братьев, это простые капитаны: Франсуа Магонтье ле Лобани и Ириекса де Магонтье де Лакомб. Служебный стаж первого составляет двадцать четыре года, а второго — больше двенадцати лет. Оба были трижды ранены. Они совершили множество героических поступков, «проявили настоящую храбрость и доблесть, показали себя опытными и мудрыми военными начальниками»{288}. Они рисковали жизнью на службе короля и при защите государства. Их дядя Пьер Магонтье дю Клоре, первый капитан полка Разильи, и двое из их братьев (Пьер Магонтье де Лабордери, прапорщик полка Шампань, и Жан Магонтье дю Клоре, лейтенант полка Сен-Валье) «отдали жизнь, сражаясь» за короля. Таким образом, присвоение дворянского звания двум братьям, оставшимся в живых, следует расценивать как награду за «почти двухсотлетнюю» верность; и грамоты, удостоверяющие присвоение им дворянского звания, сильно напоминают посмертное объявление благодарности в военном приказе{288}.
Каждому из этих текстов предшествует преамбула, звучащая как сигнал трубы перед боем. Грамота, датированная февралем 1677 года и возводящая в дворянство Шарля Гийо де Ламотта, бригадного генерала в связи с тридцатью шестью годами беспорочной службы, начинается следующими назидательными словами: «Когда мы присуждали награды за доблесть и заслуги, которые являются тем более ценными, что они не только всенародно свидетельствуют о нашей справедливости и об удовлетворении, которое нам доставляет служба тех, кого мы награждаем, но и еще больше вдохновляют награждаемых на свершение доблестных поступков и склоняют других подданных им подражать в надежде быть удостоенными такого же вознаграждения, мы также старались оказывать подобную милость лишь тем из наших подданных, которые действительно заслуживают нашу благодарность и благодарность государства за указанные деяния»{288}. Эта формула выражает в несколько высокопарном и вычурном стиле доктрину Людовика XIV, предполагающую соревнование на службе, награждение за заслуги, соблюдение правил вхождения в состав официальной элиты.
В списке награжденных флоту полагалось занимать достойное место. Возводя в дворянство шевалье Поля (1649), капитанов первого ранга Жоба Форана (1668), Жана Габаре (1673), Жана Бара (1694) и Рене Дюге-Труэна (1709){274}, Людовик XIV награждал за заслуги весьма незаурядные, способствуя одновременно приумножению своей славы — славы короля, которому так хорошо помогали и так исправно служили, за которым так послушно следовали.
Когда же герой, большой министр или старый слуга, уже является членом второго сословия, ему нужно подыскать какие-либо другие знаки почета. Можно начать с возведения его земель в ранг почетных уделов: в маркизат или в графство. Никто не пренебрегает наградой такого рода, особенно финансисты, недавнее дворянство которых привлекает взоры налоговой администрации: если король возводит ваше поместье в ранг графства, в то время как ваше дворянство находится в стадии становления или еще не утвердилось, юристы считают — поскольку Его Величество не может ошибаться, — что вас причислили к дворянству в силу необходимости! После этого может произойти зачисление в кавалеры орденов короля; голубая лента, ордена Святого Духа — почесть, которой никто не пренебрегает[61]. Между «клубом» герцогов и простым дворянином она возводит человека на социальный уровень, которого столь же редко добиваются, сколь ревностно желают.
