— Я всё объясню. Но позже, — строго произнёс Леголас и повернулся лицом к Юджину. — Нам не нужны лишние проблемы. Переночуешь в одном из домов — я попрошу дать тебе место. Но не нарывайся, — Юджин же, напротив, неотрывно смотрел на одноглазого, но после слов златовласого кивнул. — Йорвет… — Старый Лис смерил принца злым взглядом, и, повернувшись, хотел было пойти за удалявшимися Мариэль и Джасти. Но друг остановил его, схватил за плечо. Мужчина не обернулся. — Йорвет! — вновь позвал его голубоглазый. — Передай это Джасти, — только из любопытства и из-за того, что речь зашла о ней, воин обернулся. Леголас стоял перед ним с красивой небольшой зелёной коробочкой в ладони. — Я хотел осчастливить её, приведя этого человека. Теперь же пусть подарок хоть немного разбавит поганый для неё вечер.
Йорвет будто бы думал, исполнить просьбу голубоглазого или нет. В его понимании это он был повинным в том, что день для девушки безвозвратно испорчен. Но друг не был бы другом, если бы не забрал коробку. Йорвет без интереса прокрутил её в своих руках, бросил последний испепеляющий взгляд на Юджина и быстрым шагом пошёл догонять девушек.
Леголас хотел спросить Юджина, зачем тот ударил девушку. Ведь не то он видел в глазах мужчины — не было там желания обрушить обиду на столь хрупкое тело. Конечно, голубоглазому это не понравилось. Более того, если бы он был обычным воином, то встал на место Йорвета и своими руками выпустил стрелу. Но ему нельзя. Принц не должен стать виновником нового раздора между расами. Тем более, когда появился такой шанс расправиться с орками.
Оставшись один на один, солдат и воин просто смотрели друг другу в глаза. Они вместе уже прошли одну битву, но не было ни тени тепла в их отношениях. Леголас был по-царски холоден с ним, а Юджин просто выполнял приказ помогать эльфам. И хотя их это устраивало, после произошедшего принцу стало ещё тяжелее оставаться спокойным с ним рядом.
Он выждал момент, когда Йорвет скроется из виду, и только потом пошёл в деревню, ведя за собой Юджина.
***
Йорвет вошёл в дом и сразу застал плачущую на плече Мариэль Джасти. Она что-то несвязно нашептывала эльфийке, а та лишь гладила её по голове. Ладонь красавицы слабо светилась, усмиряя магией бушевавший разум. На Йорвета она даже не взглянула, а Джасти же, напротив, повернулась к мужчине спиной, не желая показывать своё состояние.
— Кто это был? — тихо спросила Мариэль.
Йорвет даже не знал, как обозвать того солдата. Из рассказов он понял, что Юджин являлся и другом, и товарищем, и любовником. Да и если честно, разговаривать вообще не хотелось. Он смотрел на униженную, и сердце сжалось от тоски. Теперь в том мире у неё не было будущего. Средь эльфов человек объявил её предательницей. То же самое мог сделать и среди людей. Возвращаться Джасти в свой мир нельзя.
— Йорвет… — Мариэль так и не получила ответа на свой вопрос и позвала одноглазого. Тот тяжело вздохнул и взглядом указал целительнице на дверь. Всё равно поздно — ей нужно было уходить, пока эльфийки не хватились.
Красавица не хотела оставлять свою наставницу в таком состоянии, но покорилась воле командира. Золотое свечение на руке померкло, последний раз погладив человечку по голове, Мариэль встала с кровати и вышла из дома. Джасти так и не повернулась к эльфу.
Вместо того, чтобы занять место жилетки для слёз, Старый Лис подошёл к камину и неспешно стал разводить огонь. Он не умел успокаивать. Не знал, что сказать в таком случае, дабы затупить обиду медсестры. Быть может, приручённая в печке стихия подействует, как успокоительное? Или, если Джасти подкрепится приготовленным Йорветом ужином, она немного забудется? Или та коробочка…
Эльф вытащил из кармана подарок Леголаса и посмотрел на Джасти. Не поворачивалась. Лежала на одной кровати, а лицом уткнулась в подушку другой — они стояли вплотную из-за маленького пространства. Человечка всегда так была счастлива видеть принца. Вон сегодня как бежала к нему! Аж противно! Йорвет мог только вообразить, как она будет счастлива этому подарку. И хоть что-то останавливало командира вручить коробочку, он знал, что это сейчас единственная возможность успокоить девушку. «Обрадуется она подарку? Или… тому, от кого он?».
Скрепя зубами от непонятной ему ярости, Йорвет бросил коробку Джасти, но случайно угодил ей в макушку. Сестра что-то промычала ему, но приподнялась, озадаченно смотря на подарок.
— Это тебе просил передать Леголас, — мрачно отозвался эльф, переводя взгляд на разгорающееся пламя в камине.
Он слышал, как она стала разворачивать, а сделав это, тяжело вздохнула. Никакой радости на подарок не было. Делая вид, что разводит огонь, Йорвет смотрел на горящие дрова и слушал её. Тишина.
Обернулся.
