Джасти хотела подойти и поздороваться, но она знала, что лучше этим двоим и дальше оставаться вдвоём. Пусть сделают и скажут всё то, что не могут в лазарете. Джасти кивнула Зеврану и, сжав его руку, повела дальше… сама. Она ведь не только искала Леголаса, но и смотрела на то, как преобразилась деревня. Светлая, украшенная… Кажется, эльфы даже не замечали человека. А может, просто не узнавали в ней ту, на которую так злобно смотрели. Хотя… Рядом шёл довольно сильный телохранитель. Может, из-за Ворона? В любом случае, о жителях Джасти думала в последнюю очередь. Она наслаждалась музыкой, языками костров, танцующими фигурами и смехом.
Вскоре, они наткнулись на площадь, где Джасти увидела Амайру, о чём-то мило щебечущую с Йорветом. Эльф был одет всё в то же военное обмундирование, а вот его спутница была прекрасна во всех смыслах. Часто хмурая и серьёзная Амайра сейчас выглядела иначе. Мало того, что на ней было красивое серебряное платье, так ещё и улыбка на лице, нежно смотрящие глаза, устремлённые на одноглазого… Её молодило всё. Надо признать, Амайре была к лицу эта влюблённость. Влюбленность в Йорвета. Теперь-то человечка отчётливо видела её истинные чувства к бывшему пациенту. А Лис… Он отвечал, еле заметно улыбаясь, но коротко и сухо. Вот она взяла его за руки и хотела подвести к костру, вокруг которого танцевали жители Амарайла, но одноглазый лишь качал головой.
— Джасти! — девушка не успела подумать о том, что она увидела, как знакомый голос вмиг оторвал от всех мыслей. К ней и Зеврану быстрым шагом из толпы вышел принц. Ах, как он был прекрасен! Вроде бы, наряд утренний, но что-то в нём было иначе. На голове всё также сверкала в свете костров диадема, улыбка была ярче самой луны, а в глазах, подобных лазурным волнам, хотелось тонуть. Хотя, именно этим сейчас и занималась девушка. — Прекрасно выглядишь!
— А то! — вставил Зевран. — Вы во мне сомневались, Ваше Высочество?
— Отдых пошёл тебе на пользу, — но Леголас, кажется, не услышал Ворона, а тот переложил руку Джасти в ладонь спутника, приговаривая:
— Как и обещал — доставил в целости и сохранности. А теперь позвольте мне удалиться, — Джасти хотела было что-то сказать, удивленная тем, что эльф так быстро их покидает, но Зевран незаметно подмигнул и тихо добавил: — Наслаждайся вечером.
Ей даже не было позволено проводить Зеврана взглядом, как Леголас тут же повёл девушку в толпу.
— Ты тоже замечательно выглядишь, — между тем вспомнила медсестра, переведя взгляд на Леголаса.
— Спасибо, — чуть кивнул он, смотря вперёд, воистину всем своим видом показывая свой статус в обществе: гордая, прямая осанка, взгляд вперёд, грудь колесом… Нет. Джасти не ощутила себя сейчас серой мышью по сравнению с ним. Напротив, она гордилась, что сейчас идёт с эльфийским принцем, держит его тёплую ладонь и упивается прекрасной внешностью. — Долго меня искали?
— Я не заметила. Любовалась деревней. Кто бы мог подумать, что она так преобразится.
— Праздники у нас нынче не часты, но, когда выпадает шанс, эльфы полностью отдаются веселью.
Джасти не сразу поняла, что Леголас вёл её именно к костру, к толпе танцующих. Она тут же затормозила, на что получила удивленный взгляд спутника.
— Прости, но я же не умею танцевать ваши танцы.
— Мне казалось, Зевран тебя чему-то научил, — улыбнулся он. Нужно было сосредоточиться и вспомнить, когда это Ворон её мог такому учить. — После нападения пауков, помнишь? Ты ещё тогда до последнего оставалась в лазарете. Зевран сказал, что ушёл по нужде, а пришёл уже с тобой.
— А, — вспомнила девушка. — Ну, тогда это даже не танец был, а пляска.
— Но даже она у тебя вышла очень неплохой, — настаивал принц, продолжая путь к площади, не особо-то замечая, что бедное тело пытается тормозить. — Мариэль мне рассказала о твоих успехах в познании нашей медицины. Думаю, ты и с танцами справишься.
— Тогда не смей ко мне приходить за мазями, — пробубнила спутница. — Твои оттоптанные ноги я лечить не буду.
Леголас звонко засмеялся и, доведя девушку до более-менее свободного места, слегка склонился, тем самым приглашая к танцу. Делать нечего, Джасти тоже присела в реверансе, подала принцу руку, и они закружили. Мелодия была спокойной, оттого не особо-то можно показать, каким там пляскам она у Зеврана научилась. Но, благо, этот танец был свободным: не было строгих движений, которых танцующие должны были придерживаться. Леголас давал ей волю, когда отпускал её руки или не прижимал к себе, что, надо сказать, он делал осторожно, как джентльмен, не нарушая границ.
