— Я весьма рад этому. Йорвет, — имя одноглазого слетело с языка владыки слишком громко, отчего остальные удивленно покосились на Лиса. Леголас мысленно взмолился, лишь бы только отец не сорвался на нём по причине неприязни. Но нет, его голос стал чуть тише: — Вы не особо тихо разговаривали, так что я понял о сложившихся обстоятельствах в твоём отряде. Раз ты вновь исполняешь поручение Леголаса, то разве не должен быть сейчас подле человека?
— Она дома, в безопасности, Владыка, — взволнованно ответил эльф.
— С каких пор телохранителю позволено отлучаться от объекта?
— Я виноват, Владыка.
— Рад, что хоть вину свою вы все можете признать, — вновь воскликнул Трандуил, заставляя трёх взрослых, по их мнению, мужчин сжаться и ниже опустить головы. Леголасу на глаза вновь попалась книга в руках отца. Ему кажется, или правитель близок к тому, чтобы начать бить непутёвых подчинённых ею? — Несносные дети, — прошипел король, резко разворачиваясь к ним спиной и уходя в библиотеку. Двери за ним закрывались на словах: — Чтоб духу я вашего тут не видел!
Лишь когда створки захлопнулись, троица позволила себе выпрямиться и мысленно простонать от боли в напряженных мышцах. Первые секунды Леголас чувствовал, как заливался краской. Быть отчитанными отцом, быть сравненым с маленьким мальчиком... Стыдно. А всё из-за этих спорщиков!
Принц поочереди стал смотреть злым взглядом на истинных виновников. Йорвет стыдливо прятал глаз непонятно от кого, а Зевран тяжело дышал, словно после часовой погони. И почему сейчас в голову лезли воспоминания о том, как в детстве Трандуил отчитывал их за всякие провинности точно таким же образом? Кажется, даже почти теми же словами, правда, немного в другом контексте. Сколько лет прошло, а ничего не изменилось. И эта ситуация была... забавной?
Кажется, об этом думал не только Леголас. Поймав на себе взгляд Зеврана, он увидел на его лице усмешку, которую тот показывал то ему, то одноглазому. А потом и вовсе негромко засмеялся. Да, правда... Это смешно. Голубоглазый тоже сначала усмехнулся, а потом, вообразив на своих местах себя же, но детьми, засмеялся. Заливной смех двух друзей заразил и Йорвета. Даже этому хмурому воину тоже не чужда ностальгия и какая-то забавная ирония во всей этой ситуации. Хотя, может, у них всех это было истерическое?
— Вы ещё здесь? — рявкнул голос владыки из библиотеки. Троица замерла. — Вон!
25. Давай попробуем встретиться? Расстаться мы всегда успеем
Так уж вышло, что Джасти проспала. Организм настолько привык, что его будят весьма грубыми методами, что сон был очень крепким. А тут, о чудо, спина не чувствовала пинков. Медсестра открыла глаза, только когда на улице стало подозрительно светло. Судя по солнцу, она опаздывала на два часа, если не больше. И самое странное — Старого Лиса не было в доме.
Первая мысль — он так мстит. Или думает, что Джасти позволила Зеврану спать вместе с ней, мол, он и разбудит. Но, умывшись и приведя себя в порядок, девушка задумалась: а может, что-то случилось? А если Леголас заставил Йорвета вернуться к Белкам, оставив её без своей верной защиты? Нет, она так не хотела. Да, эльф в последнее время вёл себя странно, они всё чаще ругались и ссорились, но это не избавляло от того факта, что вездесущий Йорвет был так же привычен, как то, что весной трава зеленеет. Лишившись эльфа, она ощущала какую-то потерянность, волнение. Как так? Где её верный щит и меч в лице одноглазого?
Не успела девушка умыться и всё хорошенько обдумать, её окликнули. До боли знакомый и приятный голос. Леголас! Он тут, он пришёл, как и было обещано Зевраном! Девушка обернулась и широко улыбнулась, выкрикивая его имя. Голубоглазый эльф был словно маленьким солнцем посреди леса — одет во всё ослепительно белое, с золотыми нитями, подшивками или узорами, на голове в лучах солнца блестела диадема… Настоящий принц. Наверняка где-то в лесу прячется его белый конь.
Он тоже был рад её видеть. Улыбка стала шире, как только медсестра обратила на него внимание. Юноша распахнул объятия, в которые Джасти, не задумываясь, прыгнула. В ту же секунду она приметила, что впервые была к нему настолько близко, но ни эльфа, ни человечку этот факт нисколько не смущал. Почему она не могла так же обнять Зевинаса или Йорвета? Только его, принца, её похитителя, которого она видела меньше, чем кого-либо. Но именно с ним была какая-то неопределённая связь и доверие.
— Я так рада тебя видеть, — проговорила девушка, довольно быстро размыкая объятия.
— Я тоже очень рад видеть тебя в добром здравии. Спешишь в лазарет? — девушка только хотела было открыть рот, но принц её перебил: — Не переживай. Сегодня у тебя выходной.
— Как же так? — удивилась Джасти. Какой выходной? На ней весь лазарет и держался! Нет, это, конечно, преувеличено… — А если что случится?
