— Спасибо, — поблагодарив одноглазого за эти глупые тесёмки, Джасти присела на корточки, дабы более не вставать в ту позу, и умывалась уже так. Йорвет, разумеется, никуда не ушёл, а ждал, когда его объект охранения закончит со всеми манипуляциями.
Кажется, прикосновения к спине немного успокоили Джасти, так как к деревне она шла уже не такая заведённая. До поры до времени… И вот надо было ей начать с одноглазым этот проклятый разговор? Кто её вообще за язык тянул?
— Повеселился хоть вчера? — начала она с безобидного вопроса, пока Йорвет прокладывал ей дорогу через кусты какого-то растения.
— Нет.
— Сам виноват, — и ведь ей обязательно надо было продолжить! — Я видела, как Амайра тебя приглашала танцевать, — и сказав это, Джасти невольно нахмурилась.
— Ты, кажется, на работу торопилась? — эльф резко остановился и повернулся к ней всем корпусом. Джасти, мало того что больно ударилась об его кольчугу носом, так ещё и опешила, видя, с какой злобой Йорвет на неё смотрит. Да что опять-то? — Я же не спрашиваю тебя, как у вас там с принцем дела прошли!
— К твоему сведению, весьма неплохо, — в тон ему прорычала девушка. — Даже отлично! Спасибо, что спросил. Что ты завёлся-то?
Эльф сощурился и опустил лицо ниже, чуть ли не соприкасаясь с медсестрой лбами. Поджав верхнюю губу, изображая подобие оскала, он хотел что-то добавить. И, кажется, что-то действительно стал говорить, но девушка пропустила его слова мимо ушей, поражённая его состоянием, на которое не обращала внимания до этого: кожа лица заметно побледнела, отчего сильнее выделялись синяки под глазами, острые скулы стали ещё острее от явного недоедания… Теперь-то ясно, отчего Йорвет был такой раздражительный. Он устал, не спал, плохо питался. Пока Старый Лис что-то выплёвывал ей в лицо, Джасти хмурилась, и стало как-то стыдно перед ним. Опять. Уже в который раз она не обращала на его состояние никакого внимания, не сопоставляла разные факты, не спрашивала себя: а где Йорвет ночует? А спит ли он, если Мариэль говорила, что тот встречается ночами с Белками? Да и в лазарете редко когда обедал со всеми.
— Ты меня вообще слушаешь? — дабы привлечь внимание девушки, эльф пару раз махнул рукой перед её глазами.
Джасти встрепенулась, покачав головой, обошла телохранителя и продолжила свой путь, оставив всю его тираду без ответа. Тот опешил, уверенный, что Джасти захочет оставить последнее слово за собой, но, всё же смирившись с этим фактом, пошёл следом.
Больше они не разговаривали до самого вечера.
Джасти ринулась к своим пациенткам, показала пару новых манипуляций ученицам, отправила Зевинаса «выгуливать» двух эльфиек… Когда начался обед, медсестра приняла поднос со своей порцией еды и хотела было уйти в свою комнату, где часто обедала одна (ученицы уходили кушать в учебное помещение), как неожиданно для неё самой Амайра поманила наставницу. Что ж, почему бы это не воспринять как шаг к попытке подружиться? Джасти без лишних слов пошла обедать вместе со всеми целительницами.
Сначала ей было не по себе, ведь они больше разговаривали между собой на эльфийском, но позже одна из них всё же обратила внимание на человечку:
— Как тебе наш праздник?
— Очень понравилось, — искренне ответила сестра. — Я даже не думала, что будет так весело на обычных танцах.
— Это ты зря с площади ушла, — влезла в разговор Амайра. — У нас ещё игры были.
— А потом пение, — улыбнулась Мариэль. — В конце вся деревня собралась в центре Амарайла и…
— Кстати-кстати, Мариэль, — игриво начала одна из женщин. — Тебя-то мы в центре так и не увидели. Признавайся, с Зевинасом до самого конца была?
Джасти по-доброму засмеялась на то, как её подруга спрятала улыбающееся и смущенное лицо в ладонях. Сама она была не против тоже подразнить маленькую красавицу:
— Точно! Мариэль, я ведь тоже тебя хотела об этом спросить. А то вы с ним так красиво танцевали.
Малышка засмущалась ещё больше и что-то пробубнила нечленораздельное, на что теперь смеялись все.
— Не стесняйся и признавайся, — хохотала Амайра. — Зевинас всё равно не понимает этого языка.
— А что насчёт тебя? — спросила старшую целительницу одна из эльфиек. Амайра распахнула глаза и, кажется, поняв, о чём пойдёт речь, отвела взгляд. — Ага! Я так и знала! Сама-то весь вечер подле господина Йорвета провела.
Джасти сразу уши навострила и не переставала хохотать, да вот только… она больше выдавливала улыбку, чем смеялась искренне.
— Тише ты! — шикнула красавица. — Он-то язык понимает. Да и не весь вечер. Он потом куда-то исчез.
— А вот я говорила тебе, Амайра, настрадаешься ты с ним.
— Я разве что-то говорю, Таэриэль? — обиделась старшая. — Я прекрасно понимаю, что для господина Йорвета важнее спокойствие Лихолесья. Но что я могу поделать? Стоит мне только с ним остаться наедине, как весь разум куда-то улетучивается. Всё что я могу, это поддерживать его словом.
— Может, он просто уже решил посвятить жизнь кое-кому другому?
Это было сказано без укора, и все пары таких же беззлобных глаз уставились на Джасти. Девушка аж поперхнулась овощным пюре.
