Качаю головой, украдкой вспоминая, как провела почти весь полет от Сингапура без сна, слушая кассету Нейтана.
– Иди-ка сюда и зацени.
Шагаю за ним в гостиную. Все то же самое – черное и белое.
– Ну? – нетерпеливо вопрошает Джеймс. Скольжу глазами слева направо, мимо черного кожаного дивана, на покупке которого он настоял, мимо стильного кофейного столика из белого акрила и газетницы в тон, пока наконец взгляд не падает на телевизор. Похоже, мы стали счастливыми обладателями плазмы.
– О!
– Нравится? Звук – отпад. Думаю, идеальный вариант для дисков, что ты смотришь по работе.
– Ну да, – бормочу я.
– Тебе не нравится? – с удрученным видом спрашивает он.
– Нет-нет, что ты! Потрясающий. Я просто сильно устала, вот и все, – развожу я руками. – Не могу оценить его по достоинству. Полет длился целую вечность. – Кажется, мои слова его успокаивают. – Ты вечером все покажешь, хорошо?
Однако Джеймс хватает пульт и тычет им в сторону телика, но потом замирает и глядит на часы.
– Ой, вообще-то мне совсем пора. – Швыряет пульт обратно на кофейный столик и целует меня в губы. – Но как бы я хотел остаться. Черт, идти на это проклятое утреннее совещание или припоздать?.. – хрипловато добавляет он и целует меня опять, но уже медленнее.
Его губы словно чужие. Отодвигаюсь.
– В чем дело?
– Я еще зубы не чистила.
– Тогда ладно.
Он наклоняется, чмокает меня в щеку и снова обнимает. Заставляю себя расслабиться, потому что чувствую только напряжение. Тело Джеймса горячее, и я вдыхаю запах лосьона после бритья. Сейчас бойфренд кажется уже не таким далеким.
– Ладно, красотка, я пошел, – наконец выдает он и отстраняется. Еще раз целует меня. – Как здорово, что ты вернулась.
После его ухода подхожу к окну и выглядываю из-за жалюзи на улицу. Когда Джеймс заворачивает за угол и исчезает из виду, иду в спальню. Откинув пуховое одеяло с пододеяльником из белого египетского хлопка, изучаю простыню. Ничего подозрительного. Нагибаюсь и обнюхиваю ее. Недавно постирана? Или она после двух недель всегда так пахнет? Проверяю наволочки на предмет шального женского волоска и, наконец, шарю под матрасом в поисках белья или чего-нибудь еще, что любовница Джеймса могла бы здесь оставить. Ничего. Люси, не дури.
На кухне ставлю чайник и наливаю немного молока на дно белой чашки. Бросаю сверху пакетик с заваркой и заливаю крепким кипятком, размешивая ложкой, пока молочная вода не темнеет. Я все время думаю о Нейтане. С этих пор буду заваривать чай только его коронным способом. Через минуту вылавливаю пакетик и дую на воду, прежде чем отхлебнуть для пробы. Передержала – получилось чересчур крепко. Вдруг внезапно накатывает тоска.
Я так много плакала за последние тридцать шесть часов, что не пойму, как во мне еще могли остаться слезы, но глаза снова увлажняются. Возвращаюсь в спальню и с сумкой залезаю на кровать. Достаю плеер, ложусь и слушаю кассету Нейтана. Я не хочу быть здесь. Все неправильно. Так неправильно. На улице должен идти дождь. Должно быть холодно, серо и противно, как обычно, когда возвращаешься из отпуска, а не ясно, морозно и солнечно. И я должна пребывать на седьмом небе от счастья в ожидании вечера со своим уже три года как парнем, но мысль об этом наполняет меня лишь ужасом. Я здесь, одна в квартире, одна на двуспальной кровати на другом конце мира, и отдала бы все на свете за то, чтобы рядом оказался симпатичный взъерошенный серфер.
А не Джеймс.
Наконец музыка из наушников начинает тянуться все медленнее, и я сдаюсь, понимая, что батарейкам пришел каюк. Надо будет позже купить новые. Я совсем разбита. Ставлю будильник на три часа сна, переодеваюсь в удобную пижаму и забираюсь под одеяло.
Будит меня звонок домашнего телефона. Я так устала. Чувство, будто в меня песка насыпали. Шарю по тумбочке в поисках трубки и хриплю:
– Алло?
– Привет, детка. – Джеймс. – Спишь?
– М-м-м… – От усталости я едва могу говорить.
– Вставай-вставай. Сейчас выспишься, а вечером не заснешь.
– М-м-м…
– Послушай. Я немного задержусь – в полшестого встреча с начальником. Не мог ему отказать. Так что буду дома где-то около восьми. Хочешь, прикуплю чего по дороге? Или закажем с доставкой?
– О, не знаю. Я сама что-нибудь куплю.
Прогулка пойдет на пользу, даже на соседнюю улицу.
– Ну и ладненько. Жду не дождусь вечера, родная. Не засыпай!
Он кладет трубку, и тут сигналит будильник: трехчасовой сон окончен.
