В 10-м классе Ваня влюбился в черноглазую и губастенькую Галочку Тимофееву, милую девочку из параллельного класса. Посылал ей записки, а однажды вызвался проводить до дома.
Девочку он провожал, бережно сжимая в руках ее синий портфель, но, едва за Галкой захлопнулась подъездная дверь, кто-то сзади постучал ему по плечу. Ваня обернулся и тут же получил кулаком в глаз от местного хулигана Сеньки Воробьева – Воробья.
– Я тебе дам, ботан ушастый, как за Галкой ухаживать, – наклонился Сенька над поверженным и показал ему кулак. – Еще раз увижу вас вместе, убью.
Ваня был совершенно унижен. После клевка Сеньки Воробья очки влюбленного сморщились прямо на переносице, стекло в роговой оправе треснуло, и домой он шел буквально на ощупь, спотыкаясь о кочки. Хуже того, Несмышляев был так напуган вероломным нападением, что при виде Галки Тимофеевой готов был бежать куда подальше. С той поры привычка не смотреть собеседнику в глаза совершенно укоренилась в Иване. Страх получить кулаком в переносицу стал его спутником.
Был бы Ваня Несмышляев спортсменом, ну занимался бы там боксом, борьбой, да хотя бы футболом, то наверняка попытался дать отпор хулигану, потому что спортсмены, Ваня был в том уверен, умеют за себя постоять. Но к спорту в то время он был совершенно равнодушен, считая, что занятия атлетическими упражнениями лишь отнимают время от учебы. К тому же ему совершенно не хотелось быть в спортзале грушей для битья.
«Лучше быть первым в учебе, чем последним в спорте», – примерно так рассуждал Иван в детстве, соглашаясь с мамой.
Однако, несмотря на юношеское несовершенство гадкого утенка, на эти чертовы очки в роговой оправе и неумение дать сдачи обидчикам, у Ивана было одно важное преимущество перед многими сверстниками. Он всегда был опрятен, ходил в школу в отутюженных костюмчиках, а воротнички его рубашек всегда были белоснежными. Более того, при нем всегда был чистый носовой платок. Мама Ванюши, врач-ортопед Зоя Николаевна Несмышляева, не жалела средств на то, чтобы ее отпрыск всегда был прилично одет. И только один раз она едва не всыпала сыну ремня, когда тот, учась в 5-м классе, пришел домой грязный с головы до пят.
Как выяснилось, Ванечка испачкался как трубочист во время урока природоведения, когда весь класс отправился на местное озеро наблюдать за чайками. Птицы эти из года в год прилетали на гнездовье в город Л.
По весне чаек тут становилась даже больше, чем самолетов – главных крылатых обитателей окрестностей. И днем, и ночью самолеты парили над городом, взлетая и приземляясь на бетонные полосы крупнейшего в стране аэропорта, единственного в стране обслуживающего регулярные трансатлантические рейсы. Город-самолет! Так называли местные жители свой населенный пункт, который лет 60 назад приобрел муниципальный статус. Аборигены города Л. даже грозили из окон многоэтажек пилотам-лихачам, которые слишком низко заходили на посадку, даря при этом недовольным горожанам воздушные поцелуи прямо из кабин самолетов. Служителям большой авиации не было дела до жителей провинциального городка, окруженного соснами и елками, болотами да мхами…
Тем не менее, не самолет, а озерная чайка прижилась на гербе города Л. Сначала места хватало им обоим. Однако, после того, как аэропорт был прирезан чиновниками к территории другого городка, железная птица исчезла с герба города Л., хотя пилоты-лихачи продолжали досаждать местным жителям.
Но разве это повод так извозиться в грязи для хорошего и правильного мальчика Ивана Несмышляева?
– Береги платье снову, а честь смолоду… Ты же отличник и примерный ученик, а не какой-то там Иванушка-дурачок, – испуганно глядя на чумазого сына, изумилась мама, взялась было за ремень, но тут же отложила его в сторону. Бить детей ремнем она считала варварством.
Мама Ивана, очень набожная женщина, была и против занятий сына спортом, рассуждая так: «Спорт – это не смирение гордыни, а прямая дорога к созданию кумира, что совсем не по-христиански». К тому же все спортсмены, она это знала прекрасно, подвержены травмам.
А папы у Вани не было.
Точнее был, конечно, но он его никогда не видел, а мама все расспросы об отце пресекала на корню: «Был да сплыл лейтенант из военного училища».
От папы-лейтенанта осталась лишь одна пожелтевшая фотография в семейном альбоме, а фамилия Несмышляев досталась Ване от деда Николая, отца Зои Николаевны.
Маму радовало, что ее сын прилежно учится в школе, ходит в кружок «Юный фотограф» и собирает почтовые марки. Ну а что, – безобидное хобби. Зою Николаевну совершенно не огорчало, что сын после школы все свободное время проводит дома за учебниками или перебирает альбомы с марками.
«Все лучше, чем бесцельно шататься по дворам, дуть пиво или еще какую гадость в компании с юными вертихвостками», – считала мама Ивана и очень гордилась, что сыну была доверена в школе общественная работа.
