Быстро соображая, я метался из комнаты в комнату. Решение нашлось неожиданно. Да, моя бывшая жена сильно изменилась, а вот квартира-то осталась прежней. Уйму лет назад я в ней даже ремонт делал, наивно предполагая свить здесь семейное гнездо. А вот по поводу ремонта и сопровождавшего его шума не раз приходили соседи ругаться, причем не столько снизу или сверху, сколько боковые. Абсурд ситуации был в том, что они жили в соседнем доме на другой улице. Эта архитектурная задумка была не очень понятна, однако благодаря ей окна соседних домов сходились вплотную под небольшим углом и обитатели квартир вынуждены были визуально сосуществовать с соседями более тесно, чем им того хотелось.
– Ты же понимаешь, что тебе не уйти? – вдруг раздался сзади до кислой оскомины знакомый голос, поразительно спокойный и даже какой-то довольный.
– И все же попробовать стоит, – сказал я, не оборачиваясь, и рванул оконную задвижку. Рама лязгнула стекольным звоном и легко распахнулась в ночь. Только в тот момент я понял, как же мне не хватало свежего воздуха. В квартире воняло пылью, плесенью и бывшей женой.
– Можешь считать себя трупом.
– Ну, моя дорогая, для тебя я давно уже умер, – мои глаза шарили по стене такого соблазнительно близкого дома. – Так что ничего нового.
– Еще не поздно одуматься.
– Ты зачем Сашке звонила? – вдруг спросил я, ошарашив ее.
– Что?
– Просто узнала, что он копает вокруг этого твоего КУБа и решила переманить, как меня сегодня? Интересно, ты ему только деньги предлагала или еще и себя?
Она резко побледнела и я даже испугался, что отключится. Но нет, это была всего лишь ярость.
– Я тебя уничтожу, – прошипела она и снова затряслась в конвульсиях, безуспешно пытаясь освободиться.
– Знаешь, дорогая, – я подошел к ней и присел на корточки, – несколько часов назад я дал себе слово выйти из игры. Мне осточертело это дело. Но ты! Вот буквально ты лично! Ты меня сегодня переубедила. Поэтому я, глядя тебе в глаза, обещаю, что раздавлю твой поганый КУБ. А потом и по твою душу явлюсь.
Она замерла, глядя на меня и часто моргая, а потом фальшиво рассмеялась:
– Ты до сих пор не понял, с кем связался?! Да молись, чтобы мы тебя не нашли через минуту! Да ты вообще не сможешь отсюда уйти! Все пути перекрыты!
– Ничего, – прошептал я и резко поднялся. – Шкаф в прихожей тоже выглядел внушительно, а рухнул от одного толчка.
– Какой еще шкаф?
– У любой конторы есть слабое место, – сказал я, проигнорировав ее вопрос и подходя к окну. – Твой КУБ не исключение. Я найду это место и ударю, болезненно ударю. Ты почувствуешь.
– Ну-ну! Помечтай.
На миг ослепив, в меня снизу ударил мощный луч света.
– Спасибо, ребятки, подсветите мне, а то ни черта не видно.
До соседских окон было около трех метров, располагались они напротив с небольшим угловым отклонением, и тускло сверкали немытыми стеклами в облупившихся деревянных рамах. Сосед просто умница, до последнего боялся, что он установил современные стеклопакеты. Потому как со стеклопакетами задуманное мною сделать было бы сложнее. С кряхтением подняв прикроватную тумбочку, я разбежался и, чувствуя, как у меня внутри все обрывается, бросил ее в окно квартиры соседнего дома. Тумбочка на удивление легко тараном вышибла раму, послышался звон разбитого стекла, грохот, истошный женский визг, заливистый собачий лай. Прожектор снизу ударил в это место, высветив черный провал на месте бывшего окна.
– Правильно, ребятки. Прямо мысли мои читаете.
Я зажал в зубах пластиковую карточку, поплотнее запахнул халат и одновременно задрал его подол, чтобы не мешал, а потом разбежался через всю комнату, оттолкнулся от подоконника и взмыл. Ну, мне хотелось думать, что мой полет можно было описать этим словом, в реальности это скорее всего напоминало попытку толстяка взять с разбега олимпийскую высоту – нелепо и смешно. Но мне был важен не произведенный эффект, а результат.
Внизу толпилось десятка полтора безликих силуэтов и все они как один окаменели, застигнутые врасплох моей выходкой. Можно понять их реакцию, нелегко признавать себя идиотом, будучи уверенным в обратном. Но признавать пришлось самим фактом моей выходки. Эти остолопы считали дельце обстряпанным, ловушку со мной захлопнутой и, наверное, уже готовились доставать меня тепленьким. Подъезд, двор, чердак они перекрыли, все пути отступления отрезаны, и вдруг все это обнулилось, в одну секунду я оказался совершенно в другом доме с выходом на соседнюю улицу. Все-таки они идиоты, моя бывшая не лукавила, говоря о плохой работе ее службы безопасности.
