Майор посмотрел на нового обладателя пояса: среднего роста, жилистый, в грязном камуфляжном костюме и с автоматом за плечами. Поймав взгляд Юрия, боевик хищно осклабился, и глаза его загорелись – неужели ему известна тайна Султана? Нет, не может быть! Хотя отчего не может? Люди Востока изощрены в пытках и не ведают жалости к предавшим дело ислама, а второго такого пояса не найти, поэтому майор не мог ошибиться. Ах, как все неудачно складывалось и как предусмотрительно осторожный Мамадаез сжег фотографию, способную выдать Бахарева с головой.
– Шагай! – конвоир подтолкнул к крыльцу.
Пленники поднялись по ступеням, миновали некое подобие сеней и оказались в большой комнате, где сидело несколько человек в халатах и полувоенных костюмах. Одному из них боевик подал бумажник фотографа и объяснил, что у второго пленного не оказалось никаких бумаг или вещей.
Бахареву и Игорю велели присесть у противоположной стены, и молодой парень в пятнистой куртке стал вслух читать документы фотокорреспондента, тут же переводя на фарси их содержание.
Как оказалось, фамилия Игоря была Зотин и он сотрудничал с рядом информационных агентств. Неизвестно, каким образом ему удалось заручиться письмом одного из лидеров оппозиции, призывавшего из эмигрантского далека оказывать помощь и содействие корреспонденту, несущему людям правду об истинных защитниках ислама. Письмо слушали с непроницаемыми лицами. Наконец средних лет мужчина в халате, подпоясанном грязным зеленым платком, загадочно улыбнулся, отчего его лицо стало похоже на лик восточного божка, и тихо заметил:
– Это написал уважаемый человек.
Все закивали, соглашаясь с его словами, и в этот момент в комнату вошел тот самый боевик, на котором был пояс Султана. Он наклонился к уху «божка» и что-то жарко зашептал. «Божок» заинтересованно взглянул на Юрия и знаком приказал боевику сесть в стороне.
Бахарев лихорадочно вспоминал приметы и ранее виденные им фотографии действовавших поблизости полевых командиров, чтобы уяснить, в чьи же руки он угодил? Если «божок» здесь главный, то, скорее всего, он не кто иной, как полевой командир Адулкасым – именно его отряд недавно прорвался через границу. Об этом командире было известно многое, поскольку он закончил военное училище в России, но все эти сведения относились к благополучному прошлому, а что теперь?
– Ты! – палец Абдулкасыма показал на Юрия. – Кто и откуда?
– Турсун из Гарса, афанди, – слегка поклонившись, ответил Бахарев.
– Зачем ты ходил к Мамадаезу?
– Знакомые просили кое-что ему передать.
– Вот как? – прищурился Абдулкасым. И неожиданно повысил голос. – Знакомые урусча?! Сними штаны!
– Афанди?! – майор сделал вид, что ошарашен услышанным и совершенно не понимает, чего от него хотят, но внутри у него все похолодело: он прекрасно понял, чего добивался полевой командир боевиков.
– Не прикидывайся, – лениво процедил Абдулкасым. – Ты хочешь, чтобы это сделали силой?
Боевик с поясом Султана направил на пленника автомат, то же самое сделал стоявший рядом конвоир, и Юрию пришлось подчиниться. Он опустил штаны, и кто-то из окружения Абдулкасыма удивленно воскликнул:
– Вай дод! О, предки! Он же необрезанный капыр!
– Смотрите, смотрите, правоверные! – тоном муллы призывал Абдулкасым.
– Мои родители не смогли это сделать при той власти, – начал оправдываться Бахарев, но полевой командир поднял руку и прервал его.
– Не стоит лгать, это не достойно мужчины! Гафур, – он показал на жилистого боевика, что-то шептавшего ему, – утверждает, что ты изменился в лице, увидев его пояс, который он снял с предателя? Уж не своего ли дружка, продавшегося урусча, ты хотел найти здесь?
– Я никого не искал.
– Да, ты ходил в отряд Мамадаеза. Может быть, ты искал приятеля там? Или сам Мамадаез продался капырам? Ведь он служил им!
– Так же, как и ты, – решился огрызнуться Бахарев. – Об этом все знают! Тут нет ни одного человека, кто не знался с ними раньше.
– Ты оборотень, – загадочно улыбаясь, процедил Абдулкасым. – У тебя внешность и язык правоверного, а все остальное откуда? Твой друг тоже изворачивался и лгал, а потом трудно умирал и даже змеиная хитрость не спасла его.
«Они взяли Султана, каким-то образом раскрыли его и пытали, – с ужасом понял Юрий. – И только им известно, что он сказал под пыткой. А если выдал все и вся?! Если отдал противнику “почтовые ящики”, явки и пароли, отдал им меня и теперь в заброшенном кишлаке будет ждать засада, чтобы поймать Юрика-джон из контрразведки урусча, а потом разговорить его огнем, водой и наркотиками? Что же делать?»
– Ищешь выхода? – усмехнулся полевой командир. – Его нет?
– Гафур ошибся, – упрямо наклонил голову майор.
– Да? – Абдулкасым насмешливо поднял бровь. – Ну что же, посмотрим, кто из вас прав? Но сегодня уже поздно, и я хочу еще поговорить с твоим спутником. А у тебя есть время подумать. Здесь горы, и чем выше, тем ближе к Небу. Вот и проверим, насколько силен урусча: сможет ли он услышать твои молитвы?
