Когда двери лифта распахнулись и из него неторопливо выплыл меддроид с «грузом», я как раз заканчивал заливать итоговый результат в соответствующую директорию. Изменить окошко на более актуальное успел буквально за секунду до того, как захлопал игольник Беклемишевой. Ну, а результат скоростной стрельбы – парализованные тушки, оседающие на пол – увидел уже в прыжке на разрыв связок.
Имплантаты выжег, по субъективным ощущениям, в самое последнее мгновение. Проверив глазки, закинул одно из тел на плечо и рванул к капсуле. Там в сердцах швырнул людоловку прямо на «грузчиков», сдвинулся в сторону, чтобы не мешать сестрам Болотниковым втаскивать в шлюз вторую тварь, помог Забаве принести девушку с меддроида, выдал Насте с Лизой, уставшим дышать по очереди, последнюю необходимую маску и уже потом окончательно успокоился…
…Вторую пару, закончившую собирать свои «объекты» на палубе второго класса, завалили в том же самом стиле и без каких-либо проблем. А третья «порадовала» неожиданным и очень неприятным «сюрпризом» – одна из людоловок, невысокая, коренастая и на редкость грудастая женщина лет тридцати пяти оказалась параноиком похлеще меня. На абсолютно безопасном, с ее точки зрения, корабле нацепила бронежилет скрытого ношения с эффектом мимикрии, да еще и не самый дешевый. Благодаря этому Забава, ясно видевшая аппетитную складочку между полушариями, демонстрируемую расстегнутым до неприличия верхом от комбеза, всадила обе парализующие иглы в защищенный корпус! Да, Федосеева, стоящая на подстраховке, не подкачала и поймала эту тварь в прыжке, но лишние две секунды, потраченные на нейтрализацию пары, пустили под откос план «А». И вынудили перейти к плану «Б», который нравился мне значительно меньше первого.
Чувствуя чуть ли не кожей, как стремительно утекают первые и самые важные мгновения, я в темпе вытолкал девчонок из шлюза, выбросил следом за ними все шесть парализованных тушек людоловов, выскочил сам и еще в прыжке прикоснулся к сенсору комма, к которому заблаговременно «привязал» последовательность команд «на самый крайний случай». Когда по всей палубе прокатилась почти одновременная волна лязга, с которым закрывались шлюзы спасательных капсул, раздраженным рыком пресек все попытки меня отвлечь и сунулся в «кротовью нору». Слава богу, попытка не удалась, и я, заметно приободрившись, проверил содержимое папки «Не хочу!!!», название которой идеально точно выражало мое отношение к этому сумасшествию. Ну, а обнаружив там три жалких голофото, оставшихся от функционала, имевшегося в наличии на момент начала стрельбы по твари в бронежилете, внимательно их изучил.
Первое, демонстрирующее ходовую рубку корабля за миг до падения системы безопасности, заставило скрипнуть зубами. И совсем не из-за перекошенного лица людолова, нависшего над своим коммом – на заднем плане этой картинки было ясно видно четверых членов экипажа, которые были застигнуты врасплох на рабочем месте. Не без труда уняв вспышку гнева и пересчитав людей, которые уже превратились в заложников, я посмотрел изображение из пятьсот семнадцатой каюты, представил ближайшее будущее жертвы насильников и заскрипел зубами от бессилия. Потом мазнул взглядом по парочке, сопровождающей меддроиды с совсем мелкими девчушками, как-то унял ярость, решительно свернул кучу окон, в одночасье ставших абсолютно бесполезными, и повернулся к девчонкам:
- Как вы, наверное, уже поняли, сука в бронике успела подать сигнал тревоги, и мне пришлось принимать экстренные меры. Результат… хм… несколько неоднозначен. С одной стороны, десять людоловов из семнадцати парализованы и вскоре перестанут представлять какую-либо опасность для кого бы то ни было; семь ублюдков, до сих пор пребывающих в добром здравии, надежно изолированы от абсолютного большинства пассажиров и членов экипажа; система жизнеобеспечения возвращена к базовым настройкам; «Левиафан» вывалится из гипера уже через сорок секунд, то есть, существенно раньше, чем было запланировано, и так далее. С другой – в распоряжении троицы главарей, в данный момент заблокированных в ходовой рубке, как минимум четверо потенциальных заложников; у пары, «развлекавшейся» в пятьсот семнадцатой каюте, еще трое; смешанная двойка, в момент падения системы двигавшаяся по коридору четвертой палубы, почти наверняка попытается использовать в том же качестве близняшек лет десяти. Ну и, до кучи, тем пассажирам и членам экипажа, которые очнутся от медикаментозного сна в спасательных капсулах, медблоках и каютах, придется пережить десять не очень приятных дней.
- В каком смысле? – хором поинтересовались Болотниковы.
Без особого труда пережив легкое головокружение при переходе из необыкновенного пространства в обыкновенное, я криво усмехнулся:
- У меня была всего одна реальная возможность обезопасить людей от большинства наиболее вероятных неприятностей. Ею я и воспользовался.
