Локи. Дилогия полностью

Пауза, во время которой «ходатаи», кажется, даже не дышали, показалась слишком длинной даже мне. Но, в какой-то момент все-таки закончилась:

- Первый действенен, но слишком примитивен – если я дождусь выздоровления недоумков, воспользуюсь своим правом вызвать их на дуэль и убью, естественно, пролив свет на причины их внезапного исчезновения для всего населения Империи, то их ровесники забудут об этом от силы через месяц. Второй – объявление «оступившихся» теми, «кого Нет» – устраивает меня процентов на шестьдесят, ибо не добавит ничего нового к тому, что я уже сделал для правильного воспитания подрастающего поколения своих сограждан. А третий куда интереснее двух первых, вместе взятых: «оступившиеся мальчишки» открыто продемонстрируют свою гражданскую позицию и поддержат решение цесаревича Милослава перевестись в военный ВУЗ. То есть, вместо того чтобы впустую прожигать жизнь на всевозможных гулянках, сделают все, чтобы, в конечном итоге, превратиться в еще несколько прочных кирпичиков в незыблемом фундаменте родной и любимой Отчизны. В смысле, после окончания своих академий отправятся по месту распределения и лет десять послужат государству, в котором родились и живут. Ну, и каким будет ваше решение?

Последнее предложение Ярик произнес так же бесстрастно, как и весь этот монолог. Однако от этих слов почему-то ощутимо пахнуло кровью. И «ходатаи» почувствовали это куда сильнее меня. Поэтому встали и сложились чуть ли не в поясном поклоне:

- Мы искренне благодарим Вас за проявленное великодушие и выбираем третий вариант…

…В салон «Жути» я забралась порядком одуревшей и под сильнейшим впечатлением от беседы между Императором, Анной Николаевной и Локи, который состоялся после ухода «ходатаев». Для меня, еще в недавном прошлом обычной мещанки из заштатного городка не самой значимой планеты огромного государства, даже само присутствие при разговорах такого уровня было приличным стрессом. А тут приходилось не только игнорировать плохо скрываемое недовольство самодержца и вслушиваться в обсуждение не самых «чистых» тайн его семьи, но и высказывать свое мнение. В общем, падая на заднее сидение салона, я рассчитывала закрыть глаза и хоть немного расслабиться. Ага, как бы не так – Романова взглядом отправила Забаву в правое переднее кресло, а сама села рядом со мной, накрыла рукой мою ладонь и ласково сжала пальцы:

«Даш, я понимаю, что эта разборка получилась не очень красивой, но так было надо. Мне, Татьяне и нашим детям: без вашей помощи я не смогла бы загнать мужа в абсолютно безвыходное положение. А значит, он, вероятнее всего, оставил бы сыновей тут, на Белогорье, что сохранило бы им возможность постоянного общения между собой и с ублюдочной свитой. Зато вариант, который мы продавили, практически идеален: начальник Сенежской академии ИСБ, в которую улетит Милослав, в принципе не умеет делать курсантам поблажки и не гнется даже под давлением Петра, а начальника Иркутской Академии Планетарного Десанта, в которую попадет Леонид, вообще заслужил прозвище «Черта с два». В общем, прошу прощения. И… с меня причитается!»

Посмотрев на ситуацию под новым углом зрения, я влезла в архив, заново пересмотрела несколько чем-то запомнившихся фрагментов и неожиданно поняла, что Ярик с самого начала беседы чуть заметно подыгрывал Императрице!

Для того, чтобы убедиться в правильности своих выводов, отправила ей коротенькое сообщение:

«А наш-то силен, верно?»

На что получила ответ, заставивший задуматься:

«Я с ним не расплачусь…»

Пока мы с ней болтали, «Жуть» долетела до дому и зависла над транспортной плитой. А когда доехала до ангара, Логачев попросил нас, дам, выметаться, и заявил, что слетает к остальным «Сполохам», дабы выяснить, как они там без нас, залить в их УТК новые тренировочные программы «и тэдэ». Мы, естественно, повиновались – поднялись к бассейну, быстренько переоделись и попрыгали в воду к веселящейся компании. А через пару минут, чудом «запятнав» Ульяну, я вдруг заметила какую-то странную тень в ее глазах.