Прерывать игру, само собой, я даже не подумала – металась по бассейну до тех пор, пока хватало сил, и отрывалась до потери пульса. Зато, выбравшись из воды, изобразила запредельную усталость, повисла на Телепневой и направила ее к двухместному лежаку. А для того, чтобы она не смогла сбежать при всем желании, сначала обняла за талию и закинула колено на бедро, а уже потом отправила в личку сообщение с требованием рассказывать.
Судя по скорости, с которой прилетел ответ, страдать в одиночестве ей надоело еще в «прошлой жизни»:
Объяснять ей мотивы, побудившие «родственничков» нарисоваться именно сейчас, было бессмысленно – Ульяна знала о нравах, царящих в высшем свете, в разы больше меня. Поэтому я закрыла глаза, чтобы подобрать слова, способные хотя бы смягчить очередное разочарование, и получила следующее сообщение:
Я покаянно вздохнула и, подумав, расстроенно выпятила нижнюю губу.
Ульяна… хихикнула, провернулась в моих объятиях и хитро прищурила глаза, в которых заискрились смешинки:
…Мои надежды на то, что эта отлучка Ярика будет последней, накрылись медным тазом в начале третьего – буквально через четверть часа после возвращения домой он вдруг «поплыл» взглядом, затем как-то уж очень нехорошо прищурился, ответил на полученное сообщение и озвучил не самое приятное известие:
- Встряли Зуб и Леший.
- Как именно? – встревоженно выдохнула Лизка.
- Княжна Аргутинская-Долгорукая прилетела за ними ни свет ни заря и забрала в загородное имение. Погонять по озеру на новых аквабайках, позагорать и все такое. До обеда все было прекрасно: толпа восторженных красоток, дорвавшихся до «Сполохов», предвосхищала любые их желания и не давала заскучать. А потом к ним прилетел младший брат княжны в компании еще трех таких же обалдуев. Один из них узнал в девушке, сидящей на колене у Лешки, свою невесту и приревновал. Вызывать его на дуэль побоялся, поэтому отвел ее за угол дома, вроде как просто поговорить, а потом вырубил. Ударом ноги в голову. И вместе с друзьями, кстати, оказавшимися под какой-то хитрой наркотой, начал месить ее ногами.
- Ваши кого-нибудь убили? – перебила его Романова.
- Нет. Но поломали прилично. Всех четверых. А потом оказалось, что один из этих уродов, еще будучи в сознании, написал отцу, что его убивают.
- И кто у него отец? – вкрадчиво поинтересовалась Белкина.
- Первый заместитель главного военного прокурора.
- Генерал-майор юстиции князь Ухтомский Евгений Борисович?
- Угу.