Задолго до встречи с Мстителями юный Локи изо всех сил пытается доказать, что он герой и храбрец, хотя все вокруг неизменно видят в его проделках лишь обман и жестокость. Все, кроме Аморы.Амора учится в Асгарде у могущественной чародейки, и Локи чувствует в ней родственную душу, ведь девушка тоже ценит магию и знания и, возможно, видит в младшем сыне Одина что-то хорошее.Однако, когда по вине Локи и Аморы разрушается один из самых ценных артефактов Асгарда, Амору изгоняют с небес на Землю, где волшебные силы медленно и мучительно покидают юную чародейку. Без единственного друга, который видел в его магии дар, а не угрозу, Локи страдает и постепенно отступает в тень всеми любимого брата Тора.Когда по Земле прокатывается череда таинственных убийств, оставляющих магический след Асгарда, Один посылает Локи выяснить, что происходит. Оказавшись в Лондоне девятнадцатого века, тот отправляется в путешествие, которое приведет не просто к предполагаемому убийце, но укажет путь к источнику его собственной магии и поведает, что предначертано ему судьбой.
Для широкого круга читателей
СЕРИЯ «ВСЕЛЕННАЯ MARVEL»
Макензи Ли
ЛОКИ. ТАМ, ГДЕ ЖИВЕТ ЛОЖЬ
Заведующий редакцией
Ответственный редактор
Литературный редактор
Корректор
Верстка
Marvel
MACKENZI LEE
LOKI
WHERE MISCHIEF LIES
МАКЕНЗИ ЛИ
ЛОКИ
ТАМ, ГДЕ ЖИВЕТ ЛОЖЬ
Перевод с английского
Королевский пир в честь Гулльвейг, как все пиры в Асгарде, радовал любителей послушать слишком длинные речи, обменяться бессмысленными комплиментами и пострадать, когда вам оттаптывают ноги, – в Большом Зале столпилось множество гостей, и никто из них не умел ходить на каблуках.
Локи был уверен, что придворные на самом деле терпеть не могут пиров, но не признаются, чтобы не прослыть ограниченными и узколобыми личностями. Лоб у Локи был высоким, а взгляды – широкими, да и на каблуках он расхаживал ловко, а потому беззастенчиво заявил:
– Ненавижу пиры.
Улыбка искушенного дипломата, которую Тор, стоявший рядом с Локи среди встречающих, специально отрепетировал для таких случаев, даже не дрогнула. Однако, когда младший брат намекнул, что показывать гостям все зубы не очень-то прилично, особенно если в них что-то застряло, Тор сомкнул губы и несколько минут смешно двигал челюстью, ощупывая рот изнутри языком. Заметив эти необычные гримасы, несколько придворных поспешно изменили курс, предпочитая оказаться подальше от цепочки встречающих.
– Без пиров нельзя, – заявил Тор. – На пирах правители Асгарда внушают подданным умеренность.
– Внушают
Улыбка по-прежнему сияла, однако брови Тора сдвинулись к переносице.
– Что?
– Я заучил те же слова, – пояснил Локи. – Там точно говорится –
– А я что сказал?
– А ты... Ничего, забудь. – Локи расплылся в преувеличенно радушной улыбке и повысил голос, чтобы перекричать громкую музыку – оркестр заиграл веселую народную песню. – Ты все сказал правильно!
Тор поправил красовавшийся на голове королевский венец. Под золотым ободком выступили капельки пота, и украшение медленно сползало на лоб. Локи тоже предлагали надеть тиару, мать выбрала для него серебряную, украшенную драгоценными камнями. Однако, как ни тянуло Локи ко всему блестящему, он отдал предпочтение простому, но элегантному костюму, с которым тиара совсем не смотрелась. Может, он и не любил пиры, но выглядеть на них старался изысканно. Высокие, закрывавшие колени сапоги так и тянули прогуляться по залу, постучать по плитам пола высокими и тонкими, как метательные ножи, спрятанные за манжетами, каблуками. Камзол Локи выбрал с высоким воротником и зеленой отделкой на плечах, и брюки того же оттенка. Амора однажды сказала, что в зеленом его глаза сверкают как изумруды, однако он осторожничал, стараясь появляться в одежде этого цвета не слишком часто. Пусть Амора не воображает, что он запомнил ее слова. Может, она и всегда права, но знать ей об этом совсем необязательно.
Локи оглядел цепочку сановников и почетных гостей, бросил взгляд на Тора и Фриггу в струящемся серебристом платье – спрятав руки в широкие рукава, она улыбалась и кивала асгардийке, затянувшей витиеватый комплимент прическе королевы, в которой серебрились седые пряди. По другую сторону от Фригги послы Варинхейма и Рингсфьорда склонились перед королевой Джоленой, а та в который раз звучно просила их говорить громче. Еще дальше Карнилла, королева Норнов и личная чародейка Одина, стояла прямо, как солдат. Ее длинные темные косы сплетались вокруг золотой тиары с лиловым камнем, сиявшим прямо надо лбом. Лицо Карниллы было как всегда непроницаемо. За все годы, что Локи встречал Карниллу при дворе, он ни разу не видел на лице чародейки никаких эмоций, только приличествующую случаю учтивость. Руку с длинными тонкими пальцами Карнилла положила на плечо Аморе, будто зная, что ученица сбежит, если ее не удерживать.
А такой поворот был вполне возможен.
