— С детства ненавижу этих склизких гадов. Они такие мерзкие, — процедил смертный, глядя на ползущий по ступеням шипящий ковёр из извивающихся тел, похожих на толстые зелёные верёвки.
— Думаю, в глазах змей ты тоже не красавчик, — ухмыльнулся я, перехватил трубу поудобнее и пошёл раскалывать змеиные черепа.
Главное, чтобы ни одна тварь не цапнула меня загнутыми как сабли зубами, с которых капал жёлтый яд. А они мелькали в опасной близости от моих ног.
Однако мне всё же удалось зачистить лестницу от змей. Реакция не подвела. Хоть она тут работала так же хорошо, как и в реальном мире. Громову даже не пришлось вступать в бой. Он просто спустился по лестнице, залитой змеиной кровью.
А уже в разгромленной гостиной нас встретили свежие следы в чёрной жиже на полу. Жижа лениво смыкалась там, где красовались отпечатки человеческих ног. Точнее, не совсем человеческих. Отпечатков пальцев было шесть.
— Я знаю, что это… — облизал верхнюю губу Громов, присев на корточки около следов. — Отец пугал меня в детстве тем, что за мной придёт Лихо Одноглазое, если не лягу спать. Он говорил, что у этого существа ступни шестипалые и расположены задом наперёд. Лихо ходит пятками вперёд, запутывая детей.
— Вот для этого и нужны психотерапевты, чтобы прорабатывать детские травмы, — пояснил я и двинулся в ту сторону, куда смотрели пятки следов.
Мы с напряжённым Громовым миновали пару комнат и попали в пропахшую смрадом разложения столовую. В камине чернели обугленные человеческие кости, а на столе на тарелках громоздилась тухлая пища. По ней лазили жирные белые черви, а над столом жужжали зелёные мухи.
Громов за моей спиной забулькал, намереваясь блевануть. Но его быстро «исцелило» шевеление кучи прогнившего тряпья, лежащего около дальней стены.
Мужчина судорожно уставился на выпрямившуюся старуху в изодранной одежде. Худые руки с острыми когтями вытянулись в нашу сторону, а рот с зубами-иголками распахнулся, демонстрируя длинный тонкий язык. На бледное лицо падали седые сальные патлы, не скрывая единственного глаза. Белок оказался чёрным, а зрачок краснел, как точка лазерного прицела. Другая же глазница была пустая.
Лихо с пронзительным воплем ринулось на нас. И этот крик будто изгнал из нас желание сопротивляться. Плечи Громова опустились, а во взгляде появилось покорное ожидание смерти.
Я тоже повесил голову, искоса наблюдая за приближающимся существом. А оно уже ликующе засверкало глазом, взмахнув рукой.
— Вы оба сдохнете, непослушные сорванцы, — визгливо проскрежетало оно, выпустив изо рта чёрную жижу.
Ещё миг — и когти разорвут моё горло. Но я вовремя отшатнулся и ударил по руке трубой. Раздался треск сломанной кости.
Лихо заверещало от боли и отпрыгнуло, с великим удивлением глядя в мою сторону. Оно словно не понимало, почему на меня не повлиял её визг. Громов же до сих пор покорно ждал, когда ему седую башку оторвут.
— Меня такими визгами не проймёшь, — криво усмехнулся я, наступая на монстра. — Особо наглый потомок Тора и не так визжал, когда я его за волосы таскал. Сейчас покажу, как это происходило…
Я ринулся на Лихо, а оно на меня.
К счастью, мне чуть ли не первым ударом удалось сломать и вторую руку монстра. А потом я провёл подсечку, отправившую чудовище на пол. И не давая ему встать, принялся азартно молотить трубой по голове Лихо. В моё лицо сразу же полетели капли чёрной крови, ошмётки мозга и сгустки лопнувшего глаза.
Когда я выпрямился и удовлетворённо выдохнул, башка Лихо напоминала арбуз, который переехал грузовик.
— Хорошая работа, — выдохнул я, стёр кровь с лица и глянул на Громова.
Тот наконец-то пришёл в себя. Сглотнул и пробормотал с нотками возмущения в голосе:
— Да чего ж я рыхлый-то такой? Не могу справиться с чужим воздействием.
— Наверняка ты как-то так и женился, — прохрипел я, махнул ему рукой и пошёл в сторону подвала. Почти уверен, что где-то там и скрывается главный страх смертного.
Громов тяжело вздохнул, сменил ножку от стула на стоящую около камина кочергу и двинулся за мной, внимательно глядя по сторонам.
Но до самого подвала на нас никто не напал. Я открыл проржавевшую металлическую дверь и спустился по бетонным ступеням. У их подножия нас ждала ещё одна дверь. Такая же ржавая и толстая. До неё еле добирался призрачный свет, идущий из дверного проёма за моей спиной.
Я со скрежетом открыл и вторую дверь. За ней прятался большой подвал с узкими прямоугольными окнами под потолком. В них проникали лучи света, так что тут царил полумрак, из которого проступали силуэты больших ящиков, обитых железными полосами. В паре мест они громоздились до самого потолка.
— Никого не вижу, — выдохнул мне в затылок Громов.
— Думаю, монстр не появится, пока ты не зайдёшь в подвал. Это что-то вроде финальной битвы с боссом.
— Каким ещё боссом? — искренне удивился смертный, не познавший в силу возраста всей прелести компьютерных игр.
— Потом объясню, — проронил я и двинулся по бетону, щедро политому чёрной жижей, чавкающей под ногами.
Мужчина пошёл за мной.
