Выходило тяжеловато. Ведь сам-то я с радостью пользуюсь перечисленными мной методами, несмотря на то что некоторые недалёкие люди считают их грязными. Но я-то Локки. Мне плевать на людскую мораль!
— Не строй из себя идеалиста, — процедила графиня, воткнув в меня колючий взор голубых глаз. — Ты не лучше меня. У тебя тоже рыльце в пушку. Ты вертишь людьми, как кукловод марионетками. Тебе не обмануть меня. Может, другие и не видят твоей сути, а я её вижу.
— Купи себе очки, — усмехнулся я и со вздохом добавил: — И зачем тебе нужен такой человек в твоём гареме? Сама себе ответь на этот вопрос. Ты похожа на избалованную девчонку, никогда не слышавшую слов отказа. А как только они прозвучали от меня, ты сразу же загорелась желанием заполучить мою скромную персону.
— Всё не так просто, — серьёзно сказала она, посмотрела за окно и почти неслышно проронила, будто преодолевала внутренний барьер: — Впервые в своей жизни я что-то почувствовала к мужчине… Симпатию. А ты, идиот, будто помешался на этой дуре Огневой. Чем эта гадина лучше меня? Да у неё нет и толики моей красоты. А происхождение? Она всего лишь баронесса. Её род во много раз слабее моего. Что она тебе может дать? М-м-м⁈
Графиня хрипло задышала, требовательно посмотрев на меня. И вдруг, не дожидаясь моего ответа, она задрала ночную рубашку, попутно выпалив:
— Секс, да? Этим она очаровала тебя⁈ Говорят, она ещё та распутница… Уже давно не девственница.
Девушка сорвала рубашку, оставшись в восхитительном неглиже. Признаться, некоторые богини Асгарда могли бы позавидовать её красоте. Но я даже бровью не повёл, хотя давно не проводил операцию «буря в постели».
Нет, я с кривой усмешкой слушал, как объятая гневом графиня оскорбляла баронессу. Да ещё такие интересные словечки вворачивала! Я даже заслушался, понимая, что её не остановить. Эмоции вырывались из неё, как обжигающая лава из вулкана. Однако она всё же не орала как сирена, а шипела вполголоса.
И, возможно, через пару минут Белова бы успокоилась, ежели бы кое-что не произошло…
Внезапно с хрустом распахнулась дверь и на пол полетел вывороченный ударом ноги хлипкий замок. А в комнату рассерженным метеором влетела баронесса Огнева, яростно сверкающая глазами.
— Ого, неужели ты подслушивала? Я приятно удивлён, — покачал я головой.
Баронесса если и смутилась, то не показала этого. А может, просто не обратила внимания на мои слова. Её пропитанный ненавистью взор буквально прилип к графине, раскрывшей рот в изумлении. А по смуглым пальцам забегала магия. Казалось, что баронесса сейчас атакует Белову, наплевав на последствия.
И тут меня будто все боги и богини мудрости поцеловали в самое темечко. Я вдруг сообразил, что нужно делать!
— Дуэль! — азартно выпалил я, глядя на баронессу, гневно раздувающую крылья носа. — Огнева, ты должна вызвать Белову на дуэль. Победительница остаётся в академии, а проигравшая неудачница с позором её покидает…
— … Громов, ты не охерел⁈ — выпалила Огнева, перебив меня.
— Я согласна на дуэль! — гордо вскинула голову Белова, нисколько не смущаясь того, что на ней красуются только кружевные чёрные трусики.
Баронесса же успела в своей комнате накинуть халат.
Она пару мгновений прожигала меня злым взглядом, а потом облизала пухлые губы и бросила графине:
— Будет вам дуэль.
Она скрипнула зубами и вышла в коридор. А там уже зашелестели сонные голоса. Обитательницы этажа высыпались из своих комнат, встревоженные грохотом выломанной двери.
— Потом ещё поговорим, — бросил я Беловой и телепортировался за окно.
Ночная прохлада приятно облизала разгорячённую кожу лица, а внутренний голос недовольно сказал, что графиня как-то легко отделалась. Даже если она проиграет дуэль, то всего лишь свалит из академии. Но, с другой стороны, не убивать же мне Белову? Вот в бою я бы грохнул её и даже не поморщился, а вот как-то по-другому не хочется. Локи бы не одобрил такой поступок.
Вздохнув, я никем не замеченный вернулся в свою комнату, помылся и завалился спать.
Но сон сморил меня не сразу. Я успел вспомнить слова потомка Аида, брошенные в ответ на вопрос, кто стоит за покушениями на меня: «Я шепну её имя, когда вспорю твою глотку».
К сожалению, знание пола моего врага не сильно сузило круг подозреваемых. Однако можно сделать вывод, что эта гадина слабее меня, раз предпочитает напрямую не связываться со мной. И наверняка она держится подальше от меня, из какого-то другого мира рулит нападениями на мою персону.
— М-да, так и есть, — пробормотал я и резко вырубился, словно мне поленом по голове дали. Даже голод не стал этому помехой.
Благо за остаток ночи ничего не случилось. Я продрых, как бревно.
А уже утром в мою комнату снова заявился барон Лисов. И сразу же выпалил, радостно сверкая глазами:
— Ночью Огнева высадила дверь Беловой и чуть не сцепилась с ней! Ты что-нибудь знаешь об этом?
— А я должен знать? — величаво вскинул я бровь, застёгивая пуговицы рубашки. — Извини, но мне почему-то никто ничего не доложил. Вот ведь какое безобразие.
