Только «телепортация» позволила мне избежать неприятных последствий. Однако Ратников не успокоился. Принялся гоняться за мной по всей церкви, а я швырял в него «взрыв энергии». Но тот лишь бессильно разбивался зелёными вспышками о доспехи кадета, сверкающие камнями-артефактами. Да, они тускнели после каждого попадания, но теряли заряд очень медленно.
Жгучий пот уже заливал мои глаза, несмотря на холод, царящий вокруг, а заряд артефактов едва ли снизился на треть.
Видимо, пришло время пробудить свой седьмой атрибут. Им являлся «телекинез», но такой, который лишь подхватывал объекты как сильный ветер. Да и то лишь те, чей вес по большей части состоял не из органики. То есть мой «телекинез» не мог швырнуть в стену человека в обычной одежде, а вот камень весом в сто килограммов — легко.
— Во имя госпожи! — фанатично выпалил Ратников, в очередной раз пытаясь достать меня своими руками-саблями.
Я кинул в него голубое облако. Оно за долю мгновения окружило его и с ужасающей силой бросило в стену. Кадет влетел туда спиной на высоту в пару метров от пола. Смявшиеся доспехи издали противный скрежет, а сам парень упал на каменные плиты. В стене же осталась солидная вмятина.
— Кто ты такой… Громов? — прохрипел Ратников, вставший на четвереньки.
— Для тебя — проводник в пекло Хаоса. Ты же знаешь, что души существ, поклявшихся служить богам Хаоса, попадают не в царство Марены, а в место куда более страшное? — жёстко усмехнулся я. — И назад дороги нет.
— Р-р-р! — зарычал вскочивший с пола кадет и ринулся на меня.
«Телекинез» на сей раз швырнул его в другую стену, смяв доспехи ещё сильнее. А потом моя магия бросила парня в третью стену. Та оказалась самой хлипкой. Она с грохотом развалилась на сотню блоков и похоронила под собой Ратникова.
Я осветил фонарём кучу блоков и заметил выглядывающую из-под неё руку с клинком. Она лежала без движения.
— Помер али нет? — задался я вопросом, двинувшись к куче.
Но вдруг по моим нервам стегануло ощущение чьего-то взгляда. Изучающего, болезненно-любопытного и холодного, как могильный камень.
Я резко телепортировался к стене, вызвав «золотой доспех». Луч моего фонаря заметался по сторонам, выискивая хозяйку взгляда. Да, именно хозяйку. Судя по ощущению силы, заполнившей церковь, сюда явилась сама высшая жрица. У меня даже кожу закололо от эманаций Хаоса.
— Вот ты каков… — раздался объёмный женский голос где-то под куполом.
Её слова прокатились по церкви как металлический звон клинков. Так мог говорить киборг.
— Хорош, не правда ли? — выдал я, облизав губы.
— Очередной напыщенный дурак, — презрительно проговорила жрица уже из другого места.
Кажется, она умеет быстро перемещаться в пространстве. Телепортация? Портал? Или что-то похожее? Проход через тени, как у Апофиса?
— Дурак или нет, покажет будущее. Но ты явно заинтересовалась моей персоной, раз пришла сюда.
— Хочу лично убить того, кто лишил мою госпожу нескольких слуг.
— Ха, да тебе плевать на них так же, как на того идиота под рухнувшей стеной, — усмехнулся я, чувствуя, как всё моё существо взвелось словно пружина.
— Плевать. Все они лишь винтики в огромном механизме. Пыль и тлен, — презрительно выдала жрица откуда-то из-за статуи богини. — Их легко заменят другие. Но тебя всё же нужно наказать. Думаю, ты станешь прекрасной игрушкой, послушной моей воле.
— Мне, знаешь ли, не пойдут доспехи…
Я еле успел договорить, поскольку из-за статуи выскочила вполне обычная женская фигура, попавшая в луч моего фонаря. Вот только она метнулась ко мне со скоростью пули. Пронеслась через половину зала так шустро, что аж размазалась, будто я смотрел на неё из поезда, мчащегося на бешеной скорости.
И моя легендарная битва с ней сразу не заладилась. Она первым же боевым атрибутом, похожим на каплю мрака, превратила мой фонарик в комок оплавленного металла. Да ещё и существенно снизила прочность «золотого доспеха». Благо хоть не пробила его.
Надо сказать, что сражаться во тьме в пропитанной Хаосом церкви с высшей жрицей Маммоны — то ещё удовольствие. Мне уже через полминуты боя пришлось включиться на максимум, чтобы не допустить поражения.
Пот заливал мои глаза, во рту всё пересохло, а солнечное сплетение разрывала боль от громадного количества маны, прокаченной через тело. Это был бой не на жизнь, а на смерть! А именно такие битвы позволяют мне потихоньку пробуждать девятый полубожественный атрибут.
Вот только успею ли я его пробудить? Жрица, разорви её Хель, оказалась запредельно быстрой, сильной и магически одарённой!
Она носилась вокруг меня со скоростью пули, легко как перышком, размахивая огромной секирой, испускающей жёлтое тлетворное сияние, присущее магии разложения. Каждый пропущенный удар сильно снижал прочность «золотого доспеха».
