— Мы живём в интересные времена, страшно интересные, — подытожил первую лекцию преподаватель. — Перерыв. Через пятнадцать минут жду вас всех в этой же аудитории. Мы снова будем говорить о битвах империи и Хаоса.
Но кадеты продолжали мусолить эту тему и на перерыве. Все были возбуждены и настроены решительно. Чуть ли не каждый считал своим долгом сказать, что империя обязательно в пух и прах расколошматит орду Хаоса.
И, возможно, из-за царящей в аудитории наэлектризованной атмосферы проснулся Громов. Я почувствовал его, как камешек в ботинке. Благо, что Александр больше не паниковал, а кажется, наблюдал за миром и собирал информацию. Он был способен видеть глазами этого тела и слышать. А в перспективе мог попробовать перехватить контроль над своей тушкой. Однако хрен я ему позволю это сделать.
Пока же я вышел из аудитории, чтобы размять ноги. И тут то ли случайно, то ли намеренно мне на глаза попалась графиня Белова. Она шла по коридору, перекинув через согнутую руку форменный китель, а её белая рубашка оказалась расстёгнута на несколько пуговичек, демонстрируя природное богатство блондинки.
Я почувствовал, что сознание Громова встало на задние лапки и с обожанием смотрит на графиню. А уж когда она улыбнулась мне, так он едва не захлебнулся в оргазме и… удивлении. Ну да, вряд ли подобные красотки прежде улыбались ему.
— Привет, — поздоровалась графиня и сразу же поделилась своим счастьем: — Отец официально расторг всякие соглашения с семьёй Алексея. Теперь я свободна.
— Поздравляю, — проронил я, встав возле окна, чтобы не мешать смертным, шныряющим по коридору.
— Думаю отпраздновать на выходных. Ты приглашён.
— Какая неожиданность, — усмехнулся я, чувствуя, что Громов затих.
То ли он вконец ошалел от изумления, то ли скончался от счастья. И, конечно, ему было отчего удивиться. Потерял сознание лохом, а очнулся в своём же теле, но в обществе отчасти божественного существа, которое сумело кардинально поменять жизнь его тушки. Если раньше Громова замечали лишь гопники из благородных, да и только лишь для того, чтобы попинать, то теперь его приглашает на вечеринку одна из самых красивых девушек академии.
— Придёшь? — ещё шире улыбнулась блондинка и элегантно смахнула с моего плеча невидимую соринку.
— Пока не знаю, — расплывчато ответил я.
Хрен знает, что будет завтра? Может, посреди ночи явиться сам Один и попытается грохнуть меня?
— Понимаю. Ты думаешь, что это будет не слишком уместно? Ты же только-только расстался с Огневой, — проникновенно произнесла красавица и попыталась изобразить на лице сопереживание. Но у Беловой это вышло не очень удачно. В её глазах горели костры радости.
В это же время сознание Громова снова вспыхнуло целым калейдоскопом эмоций. Он ведь лишь сейчас узнал, что я, находясь в его теле, встречался с графиней. Вряд ли, конечно, он знает Огневу, но сам титул явно впечатлил его.
Да, Александру ещё многое предстоит узнать…
— Всё верно, — поддакнул я, посмотрев на девушку.
— Если хочешь выговориться, я всегда рядом.
Интересно, как бы это выглядело, реши я честно выговориться Беловой? Сказал бы, что я вообще-то не Громов, а потомок Локи и прибыл из другого мира? А здесь мне нужно грохнуть богиню Маммону и попытаться избежать смерти от лап Одина? Да, разговор однозначно получился бы примечательным.
— Буду иметь в виду, — сказал я и попрощался с графиней, посмотрев на наручные часы. Лекция начнётся уже через минуту.
— До встречи, — проронила блондинка и удалилась, плавно покачивая крутыми бёдрами.
Я вздохнул, глядя на её сексуальную пятую точку. Давненько у меня не было постельных утех. Ладно, потерплю ещё. Сейчас не до них. А вот потом оторвусь, так оторвусь, если жив останусь.
Вернувшись в аудиторию, я вместо прослушивания лекции принялся мысленно рассказывать фонтанирующему эмоциями Громову о событиях, произошедших с тех пор, как он впал в кому.
Александр, ясный хрен, знатно офигел, поняв, как я круто поменял его жизнь. Он даже затих, переваривая новости. Я ведь не стал жалеть его, а вывалил всё сразу, включая и свои проблемы.
А чего мне стесняться? Пусть знает, что нас ждёт. Я же всё-таки решил не погружать его в сон. Возможно, Громов мне ещё пригодится.
Ну а на третьей лекции я начал учить Громова посылать мне мыслеобразы. Подобный вид общения был гораздо проще, чем мыслеречь. Он не требовал особых усилий и тренировок. Его можно было освоить за пару часов.
К моему удивлению, первый мыслеобраз Александр послал после последней лекции, когда я шёл по дорожке в сторону общежития. Понятное дело, образ был кривым, туманным и расплывчатым, но мне удалось сообразить, что Громов просит показать его новую внешность. Проблем с этим не возникло.
Придя в свою комнату, я снял форму и встал перед ростовым зеркалом. Сознание Александра сразу же вспыхнуло удивлением и радостью.
— Вот если бы ты не сидел на жопе ровно, то и сам бы сделал такую фигуру, — с лёгким презрением к Громову проговорил я, глянув на восемь кубиков пресса, перевитые венами мускулистые руки и хорошо очерченную выпуклую грудь.
