Апофис исправно предупреждал меня о скоплениях монстров и показывал, как их обойти. Всё шло как по маслу. Даже день сегодня обещал быть тёплым. Солнце уже высунулось из-за Стены, бросив мягкие лучи на Стражград, часть которого всё больше напоминала город, переживший войну.
Кое-где до сих пор звучали вопли горожан, а на улицах валялись разорванные трупы. Двери домов были сорваны с петель, окна ощерились разбитыми стёклами, а большинство машин оказалось раскурочено или сожжено молниями.
Возле храма Велеса было всё то же самое. Только количество зверей Хаоса зашкаливало. Они заполонили все улицы и даже крыши, из-за чего мне пришлось пробираться крайне осторожно.
Если бы не дракончик, то я бы с ходу провалил стелс-миссию. А так мне удалось незамеченным очутиться на крыше храма, похожего на небольшой боярский терем, словно вышедший из древней Руси.
Бревенчатые стены уже порядком почернели от времени, а вот черепица оказалась новенькой и красной как кровь. Я шустро разворошил её, проделал саблей дырку и сквозь тонкую щель между досками увидел полутёмный чердак. Мне вполне хватило этого, дабы перенестись внутрь.
— Никого, — прошептал я, осмотрев чердак. — Отлично.
Найдя люк, я открыл его и спустился на второй этаж. Там уже бродил одинокий рейнджер, в смысле хаосит.
Я не испытывал особой любви к убийству, но его грохнул, поскольку считал произволом то, что устроили хаоситы. Труп я спрятал в шкафу в одной из комнат, видимо предназначенных для отдыха служителей Велеса.
На первом этаже мне повстречалось аж пятеро смертных, но их я не стал убивать. Чтоб сильно не заморачиваться. Да и кто-то из них мог вскрикнуть перед смертью, переполошив других людей.
Поэтому я просто миновал их и скользнул за дверь, очутившись в некоем предбаннике, прилепившемся к основному залу храма.
Двери в зал были открыты, поэтому я, накрывшись иллюзией, позволившей мне слиться со стеной, увидел просторное помещение с шестью хаоситами.
Они что-то ритмично, нараспев тараторили, вознося хвалу Тиру Ткачу реальности. Главным среди них был оборотень в красном одеянии. Он стоял около пустой металлической рамы. Но вряд ли она останется долго таковой.
Возле сдвинутых к дальней стене резных скамей вповалку валялись кадеты и горожане. Всего человек десять. И все без сознания. По крайней мере приделанные к бревенчатым стенам зажжённые факелы освещали их бледные лица с закрытыми глазами.
Ещё немного света давал громадный деревянный идол Велеса, уже обгорелый, но ещё сердито тлеющий.
Всё казалось вполне будничным и обыкновенным, однако моя пятая точка напряглась. Уж как-то слишком напряжены были хаоситы. Вытянулись во весь рост и застыли как истуканы. Да и сам оборотень ни разу не оглянулся, словно боялся посмотреть в мою сторону.
К тому же в этом зале буквально разило Хаосом. Его концентрация зашкаливала, заставляя меня постоянно обновлять иллюзию.
Нет, что-то тут не так…
Здравый смысл начал бороться во мне с диким желанием грохнуть жреца, чтобы ещё больше приблизить разрушение купола. Но смогу ли я быстро его убить? Не почует ли он меня? Даже в человеческом обличье у него довольно острое обоняние. В этом плане оборотень опаснее вампира.
Однако пока я размышлял, в двери за моей спиной отчётливо лязгнул ключ, провернувшийся в замочной скважине. Я тут же толкнул дверь, но она не поддалась. Тогда я припал глазом к замочной скважине, но ничего не увидел! Её чем-то замазали или закрыли!
Клянусь грудью Фрейи, это ловушка! И она, видимо, рассчитана на меня, раз даже замочную скважину замазали! А других выходов из зала нет: ни окон, ни дверей!
— Тебе не уйти! — прорычал жрец, обернувшись в мою сторону.
Он вытянул руку в сторону хаоситов, и с его пальцев сорвались ветвистые молнии. Они ударили смертных в грудь, заставив их замертво упасть на половые доски. От их тел пошёл не только дымок, но и концентрированный чёрный туман, делающий ещё сильнее царящий в зале Хаос!
Вашу божественную мать, жрец принёс людей в жертву, чтобы на какое-то время сделать Хаос мощнее! И насытившийся энергией Хаос ударил по мне как кувалда. Аж перед глазами всё задвоилось, а мана в теле словно загустела, не желая выходить наружу!
— Р-р-р! — кровожадно зарычал оборотень, скинув одеяние и быстро обретая звериную форму.
Его челюсти с хрустом выдвинулись, позвоночник слегка изогнулся, тело полностью покрылось шерстью. Вытянулись уши, а когти существенно удлинились.
Оборотень встал на четыре лапы и со скоростью пули ринулся на меня, роняя слюну с клыков и сверкая налитыми кровью глазами.
— Фу-у-у, собака сутулая! — протяжно выдохнул я, выхватив саблю.
Жрец, ясен пень, не отреагировал на мой выкрик. Хотя, может, и отреагировал, только совсем не так, как бы мне хотелось. Возможно, он обиделся, потому что я его обозвал.
В любом случае оборотень прыгнул на меня, стремясь вцепиться клыками в горло. Но я вовремя метнулся в сторону и даже рубанул его саблей. Клинок слегка задел рёбра пролетевшей мимо меня туши, с грохотом угодившей в дверь. А та даже не пошатнулись. Эх, впервые жалею, что раньше все делали на совесть.
