— У меня ощущение, что за нами кто-то следит, — передёрнула плечами Ежова, плотно сжав губы.
— Есть такое, — согласился Румянцев и вдруг встал как вкопанный, услышав детский плач. Беспомощный, с надрывом, как у застрявшего кутёнка. Тут у любого сердце кровью изойдёт.
Понятное дело, что Белова сразу решительно заявила:
— Мы должны найти этого ребёнка и отвести в академию.
— У нас вообще-то совсем другая миссия, — напомнил я. — Спасая всего одного ребёнка, мы можем поставить под угрозу жизни других людей.
— Громов, я слышала о вас много хорошего и плохого. Но конкретно сейчас я вижу перед собой бесчувственного солдафона, — неожиданно дерзко заявила Ежова.
— Громов прав. У нас есть более важная задача, — нахмурился Лисов и посмотрел на Доброслава, оказавшегося единственным, кто не высказался.
— Я, пожалуй, воздержусь, — проговорил тот и следом добавил: — Но будь мы в фантастической книге, то этот плач точно бы принадлежал не ребёнку, а монстру, притворяющемуся дитём, чтобы заманить нас в ловушку.
— Мы не в фантастической книге! — бросила графиня и умоляюще посмотрела на меня.
Сознание Громова тоже что-то вякнуло в поддержку операции по спасению ребёнка.
Я поколебался немного и двинулся в сторону плача, мысленно кляня себя за то, что, кажется, совсем размяк и очеловечился. Жизнь в теле Громова не пошла мне на пользу.
— Благодарю, — тронула меня за руку графиня и одарила улыбкой.
— Посмотрим, как ты будешь благодарить меня, если ребенок действительно окажется монстром, и мы вшестером не справимся с ним.
— Вшестером? — удивилась девушка. — Так нас же пятеро.
— Я себя за двоих посчитал. Думаешь, мало? Надо было за троих? — ухмыльнулся я и перевёл взгляд на вынырнувший из тумана двухэтажный дом с разбитыми окнами и сорванной с петель дверью. — Плач доносится откуда-то из глубины дома. Поэтому, чтобы не терять времени, разделимся поровну и быстро осмотрим дом. Вы вчетвером проверьте первый этаж, а я займусь вторым. Удачи, господа и дамы.
Подмигнув Беловой, я посмотрел на окно второго этажа и телепортировался на подоконник, оказавшись в разгромленной домашней библиотеке. Книги валялись на полу, а на стенах красовались следы от когтей и брызги крови.
Миновав библиотеку, я оказался в коридоре, где лежало тело старушки в халате. Её живот оказался распорот, а внутренности кто-то сожрал, как и половину лица.
И возможно, монстр всё ещё был в доме…
По крайней мере я слышал какое-то чавканье, идущее из хозяйской спальни. Со своего места я видел часть спальни благодаря тому, что её дверь валялась на ковровой дорожке.
Телепортировавшись к дверному проёму, я осторожно заглянул внутрь и заметил согнутую дугой чешуйчатую спину. Её хозяин раздирал когтями грудную клетку трупа, принадлежащего мужчине.
Тварь оказалась некой смесью варана и крокодила. И по опыту боя, прошедшего в академии, я уже знал, что такая чешуя неплохо отражает и магию, и пули. Но она ничего не может сделать против правильно применённого «телекинеза». Посему я активировал свой атрибут, направив его на тяжёлую дубовую двухспальную кровать. Магия подхватила её и со скрежетом рванула по полу в сторону монстра, увлеченно поедающего сердце.
Чудовище даже рыкнуть не успело, как кровать врезалась в него, припечатав к стене. Хрустнули кости, а из страшной пасти брызнула кровь — и на этом существование монстра подошло к концу.
— Громов, что там у тебя за грохот? — раздался с первого этажа полный тревоги голос Беловой.
— Всё в порядке. Это я свои стальные яйца уронил. А у вас как там?
— Нашли! — внезапно раздался полный радости вопль Ежовой.
— Отлично, — пробормотал я, но не стал спускаться на первый этаж, а быстро закончил проверку второго. Никого не нашёл и лишь тогда отправился на первый этаж. А там в познавшей ярость чудовищ гостиной стояла на коленях Белова и гладила по голове зарёванного мальчишку лет пяти.
— … А мама… мама… Что с мамой? Я видел, она там лежала, — сквозь слёзы мычал он, доверчиво глядя на блондинку.
Графиня посмотрела на Ежову, а та с мрачной миной на лице отрицательно покачала головой.
— Мама просто устала, она легла спать, — мягко произнесла Белова, плавно выпрямившись. — Пойдём со мной. Я отведу тебя туда, где о тебе позаботятся.
— К дедушке? — спросил мальчонка, доверчиво вложив ладошку в руку девушке.
— Можно сказать и так.
— Румянцев, — прошептал я на ухо здоровяку, встав на цыпочки. — Проводи мальчонку в академию и там оставайся. Догонять нас не надо. Мы и вчетвером справимся.
— Почему я? — нахмурился тот. — Может, барон Лисов сходит? Туда же ведёт безопасный путь.
— Нет, ты более ответственный и не бросишь ребёнка, ежели что произойдёт.
— Ладно, — недовольно вздохнул Доброслав.
Правда, Беловой пришлось попотеть, чтобы убедить мальчонку отправиться с лысым гигантом. Но она его всё же убедила, после чего Румянцев пожелал нам удачи и вместе с ребёнком пошёл в сторону академии. А мы продолжили наш путь.
— Эдак мы весь отряд растеряем, если будем помогать всем встречным-поперечным, — с кривой усмешкой проговорил Лисов.
