— Да, вы там спасли графа Рыльского и ещё кое-кого, — ответил монарх, мельком глянув на Громовых.
Те уже в полном составе встали из-за стола и замялись, не решаясь прервать наш с императором разговор. Но тот сам бросил им с дружелюбной улыбкой:
— Вы можете идти. Ещё раз хочу сказать, что был рад познакомиться с вами.
Громовы тоже попрощались с ним, заверив монарха в своей преданности до гроба и страстной любви к родине, а затем выскользнули из гостиной через выход для слуг. Павел напоследок успел бросить на меня пропитанный гордостью за брата взгляд.
— На таких людях империя и стоит, — заметил правитель, кивнув на дверь, закрывшуюся за Громовыми. — Честные, прямолинейные и держащиеся подальше от политики и интриг.
— Идеальные, — усмехнулся я и вернулся к прежней теме. — Пусть ваши солдаты доставляют пленных зверолюдов в Брек-Ган, а уже оттуда я их буду забирать. Договорились?
Тот кивнул и спросил, покосившись на часы:
— А что с моим бессмертием?
— Я буду держать вас в курсе своих изысканий.
— Хорошо. На этом сегодня мы закончим. Дела зовут меня.
— До встречи, — бросил я ему и с чувством глубокого удовлетворения вышел из гостиной.
За дверью меня уже караулил седой слуга в ливрее. Он повёл меня к выходу сквозь анфилады богатых залов и коридоров, украшенных шедеврами живописи.
На сей раз барражирующие здесь аристократы провожали меня улыбками и приветливыми взглядами. Видать, по дворцу уже прокатилась новость, с кем именно обедал император. Вот смертные и переменили своё поведение, начав заискивать передо мной. Ведь Рука императора — это вам не хрен собачий. Такой персонаж весьма полезен в хозяйстве. Потому аристократы и пытались привлечь моё внимание.
Особенно старались женщины. У них, как по волшебству, начали расстёгиваться верхние пуговички, обнажая часть груди. А у особо неуклюжих дам всё валилось из рук, из-за чего им приходилось нагибаться, выставляя в мою сторону соблазнительную филейную часть, туго обтянутую дорогой тканью.
— Как по публичному дому иду, где все пытаются продать себя богатому клиенту, — еле слышно пробормотал я, идя с видом известного праведника, за которым тянется шлейф из святых дел: этого не ударил, того не зарезал, а другого вообще простил, хотя надо было бы вспороть живот и потоптаться на вывалившихся внутренностях.
Благо всего через десять минут я вышел за ворота, очутившись на тротуаре. И я уже намеревался найти роскошную безлюдную подворотню, чтобы перенестись в Гар-Ног-Тон, но внезапно ко мне подъехало такси.
— Залезай! — бросил мне из-за руля бородач с золотой серьгой в ухе.
Семаргл, как всегда, напялил растянутую чёрную футболку с очередной многозначительной надписью.
— «Победа будет за нами», — прочитал я, усевшись на переднее пассажирское сиденье.
— А ты сомневаешься? — с ухмылкой глянул он на меня горящим взором. — Всех порвём, всех скрутим в бараний рог и очистим наш мир от гнили Хаоса.
— А это кто? — кивнул я на средних лет даму, похрапывающую на заднем сиденье.
Она была облачена в тёплый плащ. На мускулистых ногах красовались тяжёлые сапоги с металлическими набойками. А её вытянутое лошадиное лицо оказалось густо покрыто косметикой.
— Не знаю. Она уже была в машине. Видимо, клиентка.
— Наверное, со скачек едет. Она прям иго-го, — пробормотал я и снова посмотрел на посланца богов. — Рарог тебе всё передал?
— Передал, — сказал тот, нажав на педаль газа.
Машина рыкнула мотором и шустро понеслась по улицам, покрытым серой хмарью.
— И какой план на битву? — спросил я, на всякий случай накинув ремень безопасности.
— Сперва ответь мне на пару вопросов, — остро глянул на меня бог. — Правда ли, что твоя смерть больше не интересует Одина?
— Правда, — сказал я, решив не лгать. Семаргл явно уже знает правду.
Интересно, какая птичка ему об этом напела? Я, конечно, не стал расспрашивать его. Он же честно не ответит.
— Ясно, — проронил Семаргл, резко вывернув руль.
Машина со свистом покрышек влетела в переулок, заставив прохожих испуганно вздрогнуть.
— А куда мы так торопимся? На тот свет?
Бог проигнорировал мой вопрос и задал свой:
— Что за башню ты притащил в наш мир? Да ещё, говорят, с тобой был бог из Асгарда. Что вы задумали?
Да кто, млять, ему всё это говорит⁈ Может, Рарог? Он же теперь в Пустоши вполне себе нормально чувствует. Открытая война с Хаосом многое изменила.
— Башня — это моя собственность. Я её скоро заберу из вашего мира, — коротко сказал я, не став унижаться до объяснений.
— Твоя собственность? — насмешливо фыркнул он, по привычке тронув серьгу, пока автомобиль летел по переулку так быстро, что дома смазывались в одно серое пятно. — Чую, ты что-то недоговариваешь. А мне нужна правда.
— Ты сейчас очень близко подошёл к черте под названием «не твоё Семаржье дело».
— Хм. Ты бы мог быть и посговорчивее.
— А ты бы мог оказаться распутной бабёнкой с шестым размером груди, приятной мордашкой и задницей, как подушка. Но не срослось. Так что давай прекратим эти расспросы и вернёмся к битве с Хаосом. Я не обязан ни перед кем отчитываться.
