— Честный бой? Так ты же полубог, а я — нет, — торопливо проговорил я, шумно сглотнул и даже взволнованно глянул на рощу за моей спиной, словно собирался сбежать.
Глаза старшего Нимиса загорелись гневом и жаждой моей крови. Благо ни он, ни его братья не почувствовали, что Хеймдалль здесь не единственный бог. А вот если бы я оказался тут без асгардца, то они бы ощутили мою возросшую силу. А так братья Нимисы считали, что я обычный потомок Локи, в котором нет даже четверти божественной силы. Потому-то старший полубог и считал, что легко победит меня. Вызов же он бросил лишь из-за присутствия Хеймдалля. Вот его он боялся и не хотел драться с ним. Старший Нимис явно считал, что если они втроём бросятся на меня, то асгардец наверняка вмешается.
— Ты не убежишь, трус! Ты будешь биться со мной! Хватит юлить и придумывать причины для отказа. Твоё поведение позорит Локи! — выпалил старший, украдкой косясь на Хеймдалля, чтобы даже тот воспылал чувствами и заставил меня биться с Нимисом, а не позорить Асгард.
Но Хем стоял с кислой физиономией, сложив руки на груди.
— Бой до смерти? Не до первой крови? — робко проронил я, облизав губы.
— Именно! — выпалил мой будущий противник и оскалился. — Не будь трусом, Локки! Докажи, что ты чего-то стоишь.
— Биться будем магией?
— Если так хочешь, — снисходительно ухмыльнулся старший Нимис.
— А если я одолею тебя, твои братья не будут мстить?
— Конечно, — кивнул тот кудрявой головой, пытаясь не смотреть мне в глаза, чтобы я не прочёл в них абсолютную уверенность в том, что он не просто победит меня, а сделает это максимально унизительно для меня: поставит на колени, обоссыт и оторвёт голову. Потом он её поставит у себя дома и закажет эпос, который будет восхвалять его победу над хитрым, мерзким Локки.
— Ла… ладно, — заикаясь выдал я. — Принимаю твой выбор.
— Ага! — радостно взревел он, обрушив на меня взор матёрого волка, перехитрившего тупого ягнёнка. — Готовься к смерти!
— Слишком пафосно, — пробормотал я.
— Мертвец не решает, что пафосно, а что нет, — парировал тот и многозначительно глянул на братьев.
Те отошли за большие камни, лежащие возле склона горы. Хеймдалль поступил так же, чтобы не мешать нашему бою.
— Ты, кстати, хорошо выглядишь для мертвеца, — бросил я старшему Нимису. — Но думаю, уже совсем скоро ты примешь свой истинный вид.
— Ты слишком много разговариваешь для слабосильной козявки! — гневно выпалил он и закрутил руками, очень быстро вызывая свои атрибуты.
Ласковое солнце замерло на голубом небе, не в силах отвести взор от Нимиса. Он покрылся рубинового цвета чешуёй, похожей на отпечатки миллионов поцелуев. Она накрыла даже его веки и губы, искривившиеся в кровожадной усмешке. Он уже мысленно видел, как побеждает меня.
— Держи, трепло! — выпалил Нимис и с двух рук швырнул в меня сотню бледно-зелёных искр, напоминающих стаю бабочек.
Они со свистом вспороли воздух, пронзив оливковое дерево, оказавшееся на их пути. Ствол разлетелся в щепки, а на землю упали оливки и листва.
«Бабочки» же ринулись за мной даже после того, как я телепортировался в сторону. Они преследовали меня, как охотничьи псы.
— Тебе не уйти, тварь! Не уйти! — ликующе завопил Нимис, порождая всё новых и новых «бабочек».
Они заполонили горячий воздух, напоминая шелестящее зелёное облако, гоняющееся со мной с неотвратимостью Смерти, которая когда-нибудь всех нагонит.
Деревья на пути «бабочек» превращались в труху, разлетались фейерверком щепок и листьев. Раскалывались даже огромные валуны, служившие мне укрытием. Они с каменным треском и грохотом разваливались на части под натиском «бабочек». Правда, те после встреч с валунами и деревьями несли потери, то бишь некоторые «бабочки» растворялись в воздухе, потратив свой заряд на пробитие препятствий.
Однако Нимис, громко хохоча, тотчас создавал новых «бабочек», вкладывая в них огромное количество маны. Он совсем не берёг её, считая себя намного сильнее меня. Полубог с радостью думал, что ему в любом случае хватит магической энергии, дабы растоптать меня и уничтожить.
А я своим поведением создавал у него ложное впечатление, что все так и есть. Я даже магическую защиту на себя не накидывал, будто берёг ману, а просто телепортировался от «бабочек» с гримасой ужаса на физиономии.
— Убей его, брат! — закричал из укрытия один из родственников моего противника, с предвкушением сверкающего налитыми кровью глазами. — Разорви его, преврати в прах! Отомсти за нашу мать! Пусть смерть этого червя будет уроком для всех наших врагов!
— Ещё немного, брат! — подключился второй родственник, насмешливо глядя на меня. — Он уже выдохся. Я зрю его скорую смерть так же ясно, как ужас, корёжащий его отвратительную рожу, похожую на задницу фавна.
Он загоготал над своей грубой шуткой, брызжа слюной на грудь.
Второй Нимис тоже начал издевательски смеяться, запрокидывая голову. И даже старший, мой противник, тоже позволил себе кривую глумливую улыбку.
