– А что толку? Все равно Колдунья одолела нас, – отозвался Чарли. – Заманила в ловушку… И все из-за меня! Колдунья сказала, что единственный способ избавиться от проклятия – привести к ней того, кто мне по-настоящему дорог. Отдать ей на зачарование любимого человека! Она сказала, что заставит меня смотреть… О луны! Локон, как же я страдал, пока ты все ближе и ближе подбиралась к ее острову. Надо… надо было броситься за борт! Тогда бы ты не узнала…
Чарли умолк, когда Локон подняла его и посмотрела прямо в глазки.
– Чарли, – прошептала Локон, – ведь я сама захотела этого.
– Но я…
– Помнишь, что ты сказал, когда мы расставались?
– Всегда… – прошептал Чарли. – Я всегда готов дать то, чего тебе хочется.
– Мне хочется быть с тобой – здесь и сейчас, – твердо проговорила Локон.
И Чарли увидел в ее глазах силу и веру, которой с избытком хватило бы для них обоих. Вдруг он задумался и склонил голову набок. Одна и та же мысль посетила и Чарли, и Локон.
– Чарли, но почему ты все еще в облике крысы? Разве проклятие не должно было разрушиться, когда ты привел меня к Колдунье? Это потому, что… Потому что ты любишь другую?
– Нет! – воскликнул Чарли. – Вовсе нет… Я…
– Это потому, что я еще не прокляла тебя, – раздался позади голос Колдуньи. – Страдания крысеныша Чарли закончатся лишь в том случае, если он приведет тебя ко мне с конкретной целью.
Локон, не отпуская Чарли, встала и посмотрела на Колдунью, которая теперь казалась совершенно другим человеком. Вроде бы все то же самое, но душа иная. Игривой веселости как не бывало. Да и может ли холоднокровное чудовище быть игривым и веселым? Некоторые ученые утверждают, что бессмертные – такие, как я и Колдунья, – лишены души. То есть она у нас когда-то была, но со временем фоссилизировалась.
Однако в случае с Колдуньей процесс окаменения уступил место гляциации, заморозившей не только ее душу, но и сердце.
Чарли, который за это путешествие изменился не меньше Локон, вдруг спокойно, но твердо заявил Колдунье:
– Ты заблуждаешься. Я крыса и останусь ею. Получить свободу я могу лишь в том случае, если приведу возлюбленную к тебе в башню и дам согласие на зачарование. Но по пути сюда я осознал, что не выполнил условий, которые позволили бы тебе снять проклятие. Колдунья, я привел сюда возлюбленную вовсе не с целью обмена, но с целью погубить тебя!
– Как пафосно! – изрекла Колдунья. – Хоть я и не наделила тебя крысиным мышлением, но ты, похоже, и сам неплохо ассимилировался. Меня не может погубить какая-то…
На столе загорелась красная лампочка. Еще несколько замерцало на стене. Затем зажглись остальные. Колдунья, не веря глазам, круто развернулась и приказала духу башни срочно показать, чем вызвана тревога. В воздухе невдалеке от стены возник большой прямоугольник и явил взглядам корабль, стремительно рассекающий полуночные споры.
Как я уже сказал, Колдунья уделяла недостаточно внимания происходящему вокруг острова. Будь она чуть бдительнее, то наверняка бы вовремя заметила надвигающуюся беду.
Короче говоря, Колдунья упустила момент.
«Воронья песнь» приближалась.
Вы спросите: как?
Вернемся на пару часов назад к экипажу, ожидавшему благополучного возвращения Локон. Все началось с дежурившего на грот-мачте Дуга, который разглядел в подзорную трубу, как капитана пленила полуночная сущность. Не тратя времени даром, он поспешил вниз, чтобы доложить обстановку.
Команда оказалась в труднейшем положении. Что теперь делать? Не погнаться же за лодкой капитана по Полуночному морю? Или рискнуть? Чудовища вроде тех, что схватили Локон, обязательно схватят и спасателей. А коли так, не следует ли развернуться и попытаться уйти через Багряное море в безопасные воды? Разве не этого Локон хотела для своего экипажа?
Так и не отважившись ни на что, команда устроила экстренное совещание. И выход нашелся – благодаря Форту.
Для Форта это был уникальный шанс заявить о себе как о величайшем охотнике, какого только знавал его народ. Шанс поохотиться на чудовище, сотворенное из полуночных спор. Выслушав его план, офицеры отправились убеждать Дугов и вскоре получили единодушную поддержку. Против проголосовал только Лаггарт.
Так «Воронья песнь» пересекла границу с Полуночным морем. Чудовища ждать себя не заставили. Не прошло и пятнадцати минут, как твари, совершенно неуязвимые для обычного оружия, взобрались на палубу в поисках теплой плоти и сладкой крови. Они пришли, чтобы убивать…
И обнаружили посреди палубы великана, окруженного бочками с водой, над каждой из которых висел на веревке бочонок со спорами.
«Добро пожаловать! – написал Форт, обращаясь к трем полуночным чудовищам. (Энн продекламировала написанное – на тот случай, если твари не умеют читать.) – Я хочу сделать вам предложение, от которого невозможно отказаться».
Не удостоив его ответом, существа устремились вперед, зазмеились по настилу. Форт тотчас вскинул руку, угрожая перерезать бечеву и обрушить бочонок со спорами. Дуги последовали его примеру.
