Но особенно впечатлило про чип и острое сочувствие, что у Макса его не оказалось. Словно здесь, на Кольском (Кетском) полуострове сбылись опасения сторонников одной из самых жутких теорий заговора: людей чипируют и управляют ими как марионетками. Ставят эксперимент, не выпуская за пределы этого городка, влияют ментально…
Это все объясняло, кроме одного: как он оказался в сугробе.
Последнее, что Макс запомнил — резкая расфокусировка магнитной ловушки, удерживавшей плазму, грохот, нестерпимый жар… Чернота, холод, затем свет, снег и снова холод. Инстинктивно он бежал, чтобы согреться, пока не выбился из сил. Угодил в сугроб и выбраться уже не смог. Вьюгой замело по плечи. Замерзал, пока Энга едва не споткнулась о его голову… Под горячими струями воды Макс согрелся и сейчас чувствовал себя неплохо. И на кухоньке было удивительно уютно, особенно по сравнению с сугробом. Какие-то четыре-пять квадратов, как в квартирах-хрущевках, маленький холодильник, плитка, раковина с краном, шкафчик для посуды и продуктов. Стола едва хватает на двоих.
Он вдруг подумал: тепло, дающее моральный комфорт, исходит от сидящей напротив полярницы, понятия не имеющей, что такое Россия. Да любой олень в тундре знает это слово! Он закончил есть и придвинул ей пустой контейнер.
— Спасибо. Вкусно. Чем могу отблагодарить?
В сине-голубых глазах ее мелькнула смешинка.
— А что у тебя есть? Вытащила бы тебя из сугроба Тила, то предложила бы рассчитаться натурой. А я так быстро не люблю.
— Прочитать тебе стишок как ребенок Деду Морозу?
Веселье в ее глазах угасло.
— Опять непонятно. Мороз, он — чей дед?
— Мифологический персонаж, — пояснил Макс. М-да… — Энга! Мы, похоже, выросли в очень разной среде. Понятия не имею, кто такой Святой Болтуарий и зачем людям вживляют чипы. Как и ты — про самолет, курицу и Деда Мороза.
— А что ты знаешь?
— Что едва не погиб, потом вдобавок едва не замерз. Но сейчас отогрет и накормлен. Перед мной чудная девушка.
— Кто?
— Ты.
— Но я же здесь одна… Ох, понятно, ты говорил о «чудной девушке», имея в виду меня?
Вот они, нюансы общения, подумал Макс. Слова вроде простые, русские. А привычки и манеры иные. Очень просто задеть или обидеть, совсем того не желая.
Кстати, девушка-то — осужденная, похоже, отбывает что-то вроде «химии», не под стражей, только вынуждена жить на Севере, ходить на смену и жаловаться окружающим, что стала жертвой несправедливости. Она — зэ-ка. Или забайкальский комсомолец, как шутили про осужденных, работавших на БАМе, ударной комсомольско-молодежной стройке, в значительной мере завершенной благодаря уголовникам. Вряд ли убийца, но…
— Конечно — имел в виду тебя. Только не понимаю, как такую милую могли отправить в Тремиху? Отбывать наказание? За что?
— Тилу — за мелкое воровство и попытку обмануть Глобу. Меня — по глупости и невнимательности.
— Расскажи!
Она собрала контейнеры непривычной формы из полимера, наверняка — небьющегося, и составила их в раковину.
— Потому что — романтическая дура. С детства помню, Глоба всегда по запросу «любовь» давал ролики, где парень с девушкой, парень с парнем или девушка с девушкой встречались только ради удовольствия…
— Стоп-стоп! — прервал Макс. — Про парня плюс парень давай не надо. Я не ханжа, но пидарасов не люблю. Твоя соседка мне как-то понятнее уже за то, что предпочитает мужчин. А ты кого?
— Тоже парней. И пыталась найти ролики, где не просто шух-шух. Чтобы были чувства. Любовь — это чувства, не только шух-шух.
«Шух-шух» — это синоним «шпили-вили», — прикинул Макс.
— Бывает же неразделенная любовь! — поддакнул девушке. — Когда один любит, а другая — нет. Она обходится без шух-шух.
— В самом деле? — Энга удивилась. — Не слыхала. Наверно, так только в вашей деревне под названием Россия.
— Мы уклонились, — Макс мысленно вздохнул. — И как любовь привела тебя в Тремиху?
— Ну ты же знаешь… Ах, не знаешь, ведь чипа нету. Обращаешься к Глобе, он транслирует тебе в чип видео. Идешь в реальном мире и одновременно видишь ролик. Лучше так, конечно, дома, но многие смотрят и на улице. Я увлекалась несколько раз и переходила улицу перед э-карами на оранжевый свет, еще выбросила мусор не в тот сборник. Думала — мелочи, ну, заплачу штраф, а Глоба суммировал все за год и отправил судье. Хлоп — у меня реальный срок на Крайнем Севере.
«Э-кар» похож на «электрокар». То есть электромобиль, BYD или «Тесла» местного образца. Отличия есть, но язык невероятно похож на русский, продолжал удивляться Макс. Даже в России у изолированных сообществ моментально возникают особенности говора, появляются местные жаргонные словечки. Сходство местной речи с русской так же необъяснимо в пределах привычных представлений, как и его перенос из здания «Гелия» в сугроб.
Продолжить им не дали.
— Я тоже перекушу, — сообщила Тила, бесцеремонно ввалившаяся на кухню. — Вы — поели?
Она была широкобедрая, полногрудая, приземистая и щекастая. Словом — на любителя. От появления третьего человека крохотная кухонька стала напоминать банку с сардинами.
