– Теперь … эта мысль поселиться в твоей башке, – подсказала Вероника, – и будет гнездиться там, пока ты её не осуществишь!.. – она продолжала смеяться так, словно попала на самый весёлый аттракцион в своей жизни. – Вот так и рождаются маньяки, между прочим! – то ли серьёзно, то ли шутя, добавила угрожающим тоном молодая женщина, сделав паузу в смехе. – Ты будешь бороться с этой мыслью, а она будет расти в тебе тем сильнее, чем больше ты с нею будешь бороться! И, в конце концов, она тебя победит!..
Вероника снова продолжала хохотать, а он молчал.
Битлер был зол на неё. Она испортила ему настроение так же просто, как это случилось пару часов назад с Грейс.
Второй облом за вечер!..
– Посмотри, как ты её захотел! – воскликнула Вероника, больно оттягивая обмякший и мимикрировавший в пестик член за кожицу. – Ты даже перехотел меня, хотя только что пёр вперёд, как трактор!
– Не говори ерунды! – попытался защититься Битлер не столько от неё, сколько от самого себя. Эти слова он сказал больше себе, чем ей. – Никого я не захотел!
Вероника прильнула к нему.
– Саша, женщину не обманешь! Я тебя читаю, как открытую книгу! Я же не девочка, в конце концов, и даже не твоя жена, которая, наверное, кроме твоего члена, в жизни больше ничего и не видела. Я не говорю, что это плохо. Просто ты должен понять, что моего опыта достаточно, чтобы видеть твою сущность насквозь, ну, как ты видишь сущность финансов, например!.. Понимаешь?!..
– Да! – кивнул головой Битлер.
– Я просто обратилась к тёмной стороне твоей души, и там лежал готовый ответ! – объяснила Вероника.
– Откуда ты знала?! – удивился Битлер.
– Да просто мужчина так устроен, чтобы вонзать свой инструмент при каждом удобном случае во всех, у кого между ног щель!.. Любой!.. И даже библейский праведник Лот!..
– Ну, насколько я понял из прочитанного тобою сюжета, это дочери совратили своего отца! – возразил Битлер.
– Саша! – Вероника уже не смеялась, а просто весело улыбалась. – Скажи мне, пожалуйста! Мужчина, напоенный до беспамятства, в состоянии совершить половой акт?!
– Не знаю!.. Не пробовал!..
– А я знаю – нет! – Вероника отстранилась от Битлера и посмотрела на него словно серьезно, в самом деле. – Хочешь, устроим эксперимент?!
– Это как? – поинтересовался он машинально, пытаясь сообразить, что в следующую секунду придёт на ум молодой женщине.
– Напоим тебя, а потом посмотрим, сможешь ты спать со своей дочерью в таком виде или нет!..
– Перестань! – Битлер рассердился не на шутку, а Вероника снова залилась, прыснула просто, новым взрывом смеха, который сидел в ней словно в засаде.
Битлер немного послушал, как она радостно, неподдельно смеётся, где-то в глубине души понимая, что это, отчасти, и истерика, потому что из неё выходил стресс от перенесённого, почти смертельного, испытания, и радость от удачного завершения приключения, и счастье от того, что побег из её золотой клетки удался. Потом, когда Вероника снова была готова слушать его, сказал:
– Тебе весело!.. Я понимаю: твои проблемы позади. А вот мне не до смеха…
– Что случилось, Саша? – Вероника едва справилась со своим весельем и постаралась стать серьёзной.
– С женой проблемы…
Битлер отвёл в сторону глаза. Признаваться женщине в мужской слабости даже по отношению к другой было неприятно.
– Какие? – она снова приблизилась, придвинулась к нему и стала гладить его по руке, заглядывая в глаза и словно пытаясь прочитать в них истинную причину его грусти на случай, если Битлер соврёт.
– Не смог…
Возникла пауза и тишина.
Вероника продолжала его гладить теперь уже и по голове, и по груди, что выходило у неё очень искусно, и ему становилось всё приятнее чувствовать её нежные прикосновения…
– Понимаю, – наконец произнесла она. – Но ведь со мной у тебя всё хорошо!.. Значит, это не диагноз!.. Всё хорошо, Саша!
– Да, но факт – это … факт! – с досадой произнёс Битлер.
– Это психология, – ответила Вероника. – Но если ты хочешь, мы можем победить твою психологическую импотенцию с помощью твоей же физиологии… У тебя будет такой стояк, что…
– Это как? – удивился с досадой Битлер, не понимая, то ли она разыгрывает его, то ли искусно скрывает своё злорадство. Ведь женщина должна быть рада, что у её мужчины ничего не получается с другой, – это же понятно! Ему почему-то захотелось досадить ей, сделать больно, и он с вызовом и иронией спросил. – Ты что, врач?!..
Он хотел с сарказмом ухмыльнуться, но Вероника, угадав его реакцию, приложила свой пальчик к его губам, запретив ему говорить.
– Я не врач, Саша! Конечно, я – не врач! – ответила она. – Но я делала из старых пердунов резвых мальчиков, которые потом скакали на мне, как жеребцы… Не забывай, кем я была и, надеюсь, уже никогда больше не буду. Меня специально обучали техникам эротического массажа, в том числе, и весьма пикантным, но … очень действенным.
– Это каким? – поинтересовался Битлер.
Вероника не ответила. Вместо этого она снова отодвинулась от него на другой край постели и долго смотрела, словно изучала его, пытаясь проникнуть внутрь.
Спустя некоторое время она спросила:
