Он стоял у двери, пока дыхание Эдварда не стало тихим и ровным, а потом задержался еще на несколько минут.
Потому что люди не должны оставаться одни. И не должны бояться. Или чувствовать себя маленькими. И не должны считать, сколько раз случилось что–то плохое, и беспокоиться о том, что оно произойдет еще раз.
И пока он стоял там, в темноте, он понял, что должен делать. Не только с Эдвардом, а и с Оливией. И, возможно, с самим собой.
_____________________________________
(1) речь идет о табачной жвачке, которую многие использовали вместо сигар.
На следующее утро Оливия чувствовала себя не так уж плохо. Дневной свет и ночной сон, похоже, здорово исправили ей настроение, хотя она так и не смогла прийти ни к каким серьезным выводам.
Она решила рассмотреть проблему под другим углом.
Она вздохнула. Никаких идей.
Но ведь можно и не искать причин. И Оливия решила не думать об этом хотя бы до завтрака. На полный желудок она всегда лучше соображает.
Она уже наполовину покончила с утренним туалетом и как раз старалась сидеть неподвижно, пока горничная закалывала ее волосы, когда в дверь постучали.
– Войдите! – крикнула она и тихо спросила Салли: – Ты просила принести шоколад?
Салли помотала головой, и обе они обернулись на служанку, объявившую, что сэр Гарри ждет ее в гостиной.
– Так рано? – Было уже почти десять утра, то есть явно не утренняя зорька, но все же для визитов было еще несусветно рано.
– Мне попросить Хантли объявить, что вы не принимаете?
– Нет, – ответила Оливия. Гарри не пришел бы так рано без веской причины. – Пожалуйста, скажите ему, что я скоро спущусь.
– Но миледи, вы еще не позавтракали, – воскликнула Салли.
– Не думаю, что умру от истощения, пропустив один завтрак. – Оливия вздернула подбородок и посмотрела на собственное отражение в зеркале. Салли трудилась над весьма сложной прической, с косами, локонами и минимум дюжиной шпилек. – Может, сегодня сделаем что–нибудь попроще?
Салли разочарованно опустила плечи.
– Мы уже почти закончили, обещаю.
Но Оливия уже вытаскивала шпильки
– Простой пучок вполне подойдет. Никаких изысков.
Салли вздохнула и начала переделывать прическу. Через десять минут Оливия уже спускалась по лестнице, пытаясь не обращать внимания на то, что из–за спешки волосы закрепили плохо, одна прядь уже болталась, и ее приходилось все время заправлять за ухо. Когда она появилась в гостиной, сэр Гарри сидел в дальнем конце комнаты за небольшим письменным столом у окна.
Казалось, что он… работает?
– Сэр Гарри, – произнесла она, несколько неуверенно глядя на гостя. – Так рано.
– Я пришел к заключению, – сказал он, вставая.
Она выжидательно смотрела на него. Его голос звучал так…
Он сцепил руки перед собой, широко расставил ноги.
– Я не могу позволить вам оставаться с принцем наедине.
Он уже говорил это прошлой ночью, но право же, что он может с этим сделать?
– Сушествует только один выход, – продолжил он. – Я стану
Она изумленно застыла.
– У него есть Владимир. У вас есть я.
Она все еще изумленно пялилась на гостя.
– Сегодня я буду здесь, с вами, – объяснил он.
Она несколько раз моргнула и, наконец, обрела дар речи.
– В моей гостиной?
– Вы только не подумайте, что меня придется развлекать, – сказал он, кивнув на какие–то бумаги на письменном столике. – Я принес с собой работу.
О Господи, он что, решил здесь поселиться?
– Вы принесли работу?
– Простите, но я дейстительно не могу терять целый день.
Рот у нее открылся, но прошло несколько секунд прежде, чем она сказала:
– О!
А, правда, что еще можно сказать на такое?
На лице его возникло выражение, которое сам он, видимо, считал ободряющей улыбкой.
– Почему бы вам не взять книгу и не присоединиться ко мне? – он указал на кресла в центре комнаты. – О, я забыл, вы не любите книги. Ну что же, газета тоже отлично подойдет. Садитесь.
И снова ей понадобилось некоторое время, чтобы обрести способность говорить.
– Вы приглашаете меня присоединиться к вам в
Он ответил ей спокойным взглядом.
– Я бы предпочел оказаться в
Она медленно кивнула, но не потому, что с ним согласилась… хотя, если задуматься, то согласилась, во всяком случае, с окончанием его фразы.
– Ну, значит, мы договорились, – заключил он.
– Что?
– Вы киваете.
Она прекратила кивать.
– Не возражаете, если я сяду? – спросил он.
– Сядете?
– Мне действительно нужно работать, – объяснил он.
– Работать, – повторила Оливия. Да, беседа ей сегодня удавалась просто блестяще.
