— Это редчайший цветок, растущий в горах Нодсронского побережья. Когда он цветет, источает сильнейший аромат, который усыпляет ниясытей.
— Но я, кроме плесени и гнили, ничего больше не обоняю! — развел руками Зунг.
Остальные тоже оглянулись к выходу.
— Это тоже странно, — лоб Лахрета прорезала задумчивая морщина.
— С ними же все в порядке?
— Да. Они просто спят…
— Я пойду проверю, — вдруг ожил Мэнона, который все это время постоянно нервничал и с опаской оглядывался по сторонам, будто повсюду на него мог кто-то напасть.
Когда я спрашивала гадака о мыслях, он сказал, что сильно боится и не знает, почему. Рядом с ниясытями он чувствовал себя комфортнее всего. Мне даже смешно стало. Тарак! И прячется за ниясытями — природными врагами. Вот, что значит проведенные рядом с ними годы. Даже кот с собакой могут быть преданными друзьями.
— Хорошо, — кивнула я. — Заодно поправь перевязь Забавы, ладно?
— Да-да, конечно, — раскланялся гадак и поспешил на улицу, нервно оглядываясь на устрашающие силуэты мебели, будто оттуда мог кто-то выскочить и схватить его.
Я провела его задумчивым взглядом, и, в тот момент, когда за косяком скрылся черный силуэт хвостатого существа, в голове яркой вспышкой возникла четкая как день картинка.
Это был герн, что я видела в Зарнаре на голограмме Памяти. Он возник в проеме входа. Над ним роилась уже знакомая стая светлячков и издавала радостное щебетание. Герн прошел, не спеша, по комнате, заложив одну руку за спину. Во второй он что-то нес, похожее на тонкую коробку. Положил предмет на столик. Оглянулся на выход. Махнул рукой, и дверь сама затворилась. Затем он повернулся к камину, подошел к нему и коснулся середины полки. Надавил на нее и та часть, что находилась у него под ладонью, провалилась, как клавиша на пианино. Затем внутри что-то едва слышно заклацало, и полка камина вместе с прилегающей к ней стеной поднялась вверх до самого потолка, отворив вход в туннель. Он еще раз оглянулся к выходу, словно проверив, никто ли за ним не следит, и вошел вовнутрь. Затем видение как появилось, так же быстро и исчезло.
Все это время я с расширенными невидящими глазами, распахнув рот, следила за перемещениями гадака от входа до камина.
— Лана, что с тобой? Тебе плохо? — Лахрет обхватил меня за плечи. — Ты побледнела как снег.
Я слышала, как с хрипом из горла вырвалось мое дыхание, чувствовала как дрожали руки. Сколько еще мне находить повод для страха? Когда же это закончится?
— Я… Я… — засипел мой голос. — Вы это тоже видели?
— Что видели?
— Герна, что только что вошел?
— Нет. Мы ничего не видели. Ты что-то видела?
— Да. Я видела герна. Он вошел сюда в дверь… Это было так реально! Он был как живой! Вы точно ничего не видели??? — я повернула к выходу взволнованный взгляд и прижалась к груди мужа. — Что это было?
— Видение, — неожиданно ответил Хим Дан, стоявший дальше всех от меня и наблюдавший за происходящими со стороны, как, впрочем, и его спутники.
— Видение?
— Да. Такое бывает у некоторых из зарнарян. Ученые говорят, что это связано с последствиями вмешательства гернов в наши гены. Люди словно видят прошлое. Когда-то герны в ходе своих экспериментов, перед тем как использовать наш генетический материал, чтобы создать гибриды, вводили людям какие-то препараты, которые сближали их генотип с гернским. Потом это отразилось на многих по-разному. Одни видят прошлое. Другие — способности силы или телекинеза. Разве во Внешнем Мире не так?
— Нет, не так… — это ответил Лахрет, крепко прижимая меня к груди.
— Вероятно, — продолжил размышлять Хим Дан, шагнув ко мне поближе, — когда Лана получила ключ, чтобы пересекать границу, ей было внесено в ДНК небольшое изменение. Это позволило ей беспрепятственно проходить через все защитные барьеры гернов. Я думаю, Зарнар оставил именно свою генетическую особенность, чтобы открыть его секреты. Так что Лана видела прошлое, когда Зарнар был еще жив и жил в этом доме. А эти светящиеся шарики привели нас именно к нему домой.
— Логично, — кивнул Лахрет и заглянул мне в лицо. — Что делал этот герн в твоем видении?
— Он вошел в дом, закрыл за собой дверь и подошел к камину… потом он… он открыл вход в туннель через него…
— Как он это сделал?
Вместо ответа я шагнула к камину, протянула руку к тому месту, куда положил ладонь Зарнар, и так же надавила. Как и в видении, послышалось негромкое клацание, раздался неприятный визг несмазанных колес, и механизм поднятия тайной двери пришел в действие. Полка вместе со стеной начала медленно подниматься вверх. Туго, со страшным треском и визгом, она дошла до потолка и застыла. Потом задняя стена камина, покрытая многолетним слоем сажи, грязи и какой-то непонятной нарости, тихо отошла в сторону, открыв чернеющий проход куда-то вниз.
Неожиданно светлячки, все это время парящие над камином, защебетали, как в видении, и поспешили вниз, осветив длинную узкую лестницу так, чтобы мы могли свободно спуститься.
— Я думаю, нам туда, — заглядывая внутрь, протянул Наран.
— Я с тобой согласен, — кивнул Зунг, но, как и фагот, не двинулся с места.
