Сформировав из крови жгут, сквозь дыру и пищевод вливаю всё непосредственно в желудок. Судя по судорожным движениям тела, оно пытается избавиться от чужеродной силы. Склонившись над своим бывшим адъютантом, я потрепал его по чёлке.
— Тяжело нашему брату исторгать из себя кровь, которая не хочет покидать своего лона. Тем более тебе, тем более мою. Крепись малыш, это только начало.
Увидев, чем обернётся неповиновение, оставшиеся смирились и позволили влить в себя свои дозы без лишних проблем.
— Отлично, имея теперь духовную и кровную связь всё должно пойти проще. — Продолжила ведьма. — Вот три оговоренных нами свитка. Войдите в круг и поочерёдно активируйте их. Затем выберите одного, чей дух станет хранителем проклятия, и одного из кого станет черпаться энергия на ритуал. В принципе, это может быть один и тот же член рода, но лучше всё же две разных личности. После этого наступает самый ответственный момент, необходимо выбрать цену и ограничитель проклятия. Что-то, на что будет уходить вся собранная чарами сила. Например, при проклятии на фатальную неудачу, обычно ценой устанавливают здоровье, и чем сильнее навезёт проклятому, тем выносливее он становится. Порой мучительная кончина для подобных несчастных становится освобождением. Ограничителем же должно стать какое-то событие, которое в принципе достижимо, но, сами понимаете, весьма эфемерное. Частенько говорят: «Пока рак на горе свистнет». Покончив с условиями можете покинуть круг, так как ритуал дальше пойдёт своим чередом без внешней подпитки.
Кивну ведьме, я вышел на поляну. Предатели молча наблюдали за мной. Выбрав Уно целью наложения проклятий, как наиболее приближенного ко мне, а потому и наиболее виновного, я активировал свитки один за другим. Эффекты наложения чар не достигли своей цели. Ритуальный круг перехватил высвобожденную магию и вплёл её в ритуал. По кромке из серебрящейся травы, расплылось облачко серой магической взвеси, а у меня перед глазами возникло информационное окно. В нём мне пришлось собственноручно выбирать эффекты и условия их возникновения, а также устанавливать условия снятия проклятия.
Злорадно я стал перебирать возможные варианты. Что ж, раз вы пошли по пути своего имени, то и воздастся Вам той же монетой. Основным проклятием стало разложение. Тела вампиров, при использовании любой магии или навыков крови будут понемногу разлагаться. Причём чем выше уровень чар, тем сильнее эффект, но даже просто питание кровью будет подтачивать обречённого на постепенное угасание. Система милостиво выдала в качестве компенсации усиление всех эффектов магии смерти в зависимости от степени разложения тела. То, что надо: хотели Силу, получите и распишитесь.
— Уно, ты возжелал быть первым в своём роде? Быть тебе хранителе благословения и проклятия всех своих родичей. Тварь. — Выбрав своего адъютанта, на роль хранителя сути проклятия, отдал ничем не отличившего себя второго вампира на роль агнца для заклания. Условием для снятия проклятия задал искупление ошибок и моё личное прощение.
Подтвердив сделанный выбор, я вышел из круга и стал наблюдать, как серые волны магии хлынули от кромки к вампирам и облепили их. Смотрел, как впившись в тела, проклятие выстрелило жгутами в стороны других членов клана и сплелось в единую сеть с узлами тел обречённых. Смотрел, как два из трёх тел взорвались кровавыми ошмётками, и те, истаивая словно дым, растворялись в эльфйском кругу. Смотрел, как вся собранная сила устремилась к последней из клана и влилась в её тело. Выгнутое дугой тело содрогалось в конвульсиях несколько минут, после чего опало безвольной куклой.
— Ну вот и всё. — Произнесла Агфь и, поклонившись, ушла, уведя с собой ученицу и волков. А я стоял и улыбался факту свершившегося возмездия, которое сулило мне лишь дополнительно усиление, когда, посыпавшаяся гирлянда сообщений, словно холодный душ обрушилась на мою голову.
Началось всё с безобидных сообщений о завершении ритуала и поднятии уровня, но последовавшие за этим извещения заставили застыть в ступоре.
