Лорд Дарси. Убийства и магия полностью

Наконец, когда сознание вернулось к лэрду, он понял, что случилось. Он знал, что ваш брат был уже мертв в момент его магического воздействия. Поэтому он решил, что леди Дункан убила графа.

С другой стороны, леди Дункан прекрасно знала, что, когда она рассталась с Эдуаром, он был жив и здоров. Поэтому она решила, что черные чары ее мужа убили ее любовника.

– Каждый из них пытался защитить другого, – проговорил отец Брайт. – Ни тот, ни другая не стали полностью на сторону зла. Возможно, мы сумеем что-нибудь сделать для лэрда Дункана.

– На сей счет не могу ничего сказать, отче, – сказал лорд Дарси. – Искусство исцеления находится полностью в руках церкви.

И с некоторым удивлением поняв, что повторяет слова доктора Пейтели, поспешно продолжил:

– Однако лэрд Дункан не знал, что супруга его грозила пистолетом графу в его опочивальне. Данное обстоятельство представляет ее визит в другом свете. И ярость, заставившую его наброситься на меня, вызвало не то, что я обвинил его леди в убийстве, но то, что я бросил тень на ее добродетель.

Он повернулся к столу, за которым работал чародей-ирландец.

– Вы готовы, мастер Шон?

– Так точно, милорд. Осталось только поднять экран и включить проектор.

– Тогда действуйте.

Дарси посмотрел на отца Брайта и графиню.

– Мастер Шон сейчас продемонстрирует нам очень интересный слайд, который я рекомендую вашему вниманию.

– Наиболее удачный кадр из всех, которые мне приводилось делать, если позволите, милорд, – откликнулся маг.

– Приступайте.

Мастер Шон открыл затвор объектива, и на экране возникло изображение.

Отец Брайт и графиня дружно охнули.

Это была женщина, одетая в платье, обнаруженное в гардеробе графа. Одна пуговица была оторвана, открывая верхнюю часть груди. Правую руку ее почти полностью скрывало густое облачко дыма. Очевидно, она только что выстрелила в смотрящего.

Однако реакцию присутствовавших вызвал отнюдь не этот факт.

Девушка была прекрасна. Ослепительной, палящей красотой. Отнюдь не нежной и тихой, не похожей на молчаливый и безопасный цветок. Такая краса могла произвести на нормального мужчину одно-единственное впечатление: более желанной, нет, вожделенной женщины невозможно было представить.

«Retro me, Sathanas[1], – сухо подумал отец Брайт. – Она просто непристойно прекрасна».

Одна лишь графиня не обратила внимания на притягательную силу этой женщины. Она видела только ошеломляющую красоту.

– Кто-нибудь из вас видел раньше эту особу? Сомневаюсь, – проговорил лорд Дарси. – Как и лэрд и леди Дункан. И сэр Пьер. Кто она? Этого мы не знаем. Но можем сделать несколько умозаключений. Очевидно, ей было назначено свидание в опочивальне графа. Очевидно, это та самая женщина, которую Эдуар упомянул леди Дункан… та самая «она», с которой не может сравниться шотландская аристократка. Почти наверняка простолюдинка, иначе на ней не оказалось бы платье из коллекции графа. Должно быть, переоделась прямо в спальне. А потом они с графом поссорились – из-за чего, мы не знаем. Граф только что отобрал пистолет у леди Дункан и опрометчиво оставил его на столе, который можно видеть позади девушки. Схватив оружие, она застрелила его. Потом снова надела свою одежду, повесила платье в гардероб и сбежала. Никто не видел, как она приходила и уходила. Для чего граф, собственно, и пользовался этой лестницей.

– О, не бойтесь, мы отыщем ее – теперь-то мы знаем, как она выглядит, – заключил лорд Дарси. – В любом случае, убийца найден, расследование, к моему полному удовлетворению, завершено, о чем я и доложу его высочеству.

Ричард, герцог Нормандский, щедро наполнил два хрустальных бокала великолепным бренди и с довольной улыбкой на юном лице подал один из них лорду Дарси.

– Отличная работа, милорд, даже великолепная.

– Мне приятно слышать такую похвалу от вашего высочества, – ответил лорд Дарси, принимая бокал.

– Но почему вы были настолько уверены в том, что убийца не пришел в замок снаружи? Через главные ворота мог войти кто угодно. Они всегда открыты.

– Действительно, ваше высочество. Однако дверь у подножия лестницы была заперта. Граф д’Эвре закрыл ее после того, как вышвырнул леди Дункан. Снаружи ее никак нельзя ни запереть, ни отпереть, дверь не взломана. После леди Дункан на лестницу никак нельзя было попасть. Зайти в покои графа можно только через другую, незапертую, дверь.

– Понимаю, – проговорил герцог. – Но почему она вообще туда пошла?

– Наверное, потому, что он сам ее пригласил. Любая другая женщина знала бы, на что идет, принимая приглашение в покои графа д’Эвре.

Симпатичное лицо герцога помрачнело.

– Да. От собственного брата такого ожидать невозможно. Она была совершенно права, застрелив его.