Лорд-дикарь полностью

— Вам необходимо проявить напористость. Наверное, вам приходилось слышать о том, какое важное значение имеет первое впечатление. К сожалению, должен сказать, что ваши попытки произвести на него впечатление были тщетны. Мы начнем все сначала, и вам нужно очень постараться. Понимаете, о чем я говорю?

— Да. — Ариэл с тревогой посмотрела на Леона. — Согласна, мне не удалось привлечь его внимания. Я просто не знала, как это делается, и потому потерпела поражение.

— Вот в этом-то и дело. Ну ничего, все еще можно поправить, если вы будете делать то, что я скажу.

— Хорошо, — согласилась Ариэл с таким нерешительным видом, будто Леон предлагал ей переплыть Ла-Манш. — Но что мне делать?

Она смотрела на него с такой смущенной улыбкой, а в глазах ее было столько решимости, что Леон понял: она готова на все.

— Ну вот, уже лучше, — сказал он. — Но мне нужно, чтобы ваши глаза сулили обещание. Можете вы так посмотреть на меня?

— Да, — ответила Ариэл без всякого колебания. — Обещание? — Она задумалась. — А что я должна обещать?

— Все. И даже больше, чем вы сможете выполнить. Нужно околдовать этого человека, заставить забыть его обо всем, кроме вас одной, заставить броситься к вашим ногам, пообещать ему неземное блаженство.

— Но это нечестно.

— Мы не в суде, Ариэл. Честность здесь ни при чем.

— А вдруг он рассердится? Потом, когда мы поженимся и он обнаружит это?

— Поверьте моему слову: если вы сделаете все, как надо, то настолько сразите его, что ему и в голову не придет, что вы чего-то недодали.

— Не думаю, что это было бы хорошее начало для счастливого брака.

— Послушайте, вы хотите выйти замуж или нет?

— У меня нет выбора.

— Старайтесь не забывать об этом. В любви, как и на войне, все средства хороши. Перестаньте спорить, черт возьми, и посмотрите на меня с любовью.

Ариэл пожала плечами и круглыми, как блюдца, глазами посмотрела на Леона.

— Вот так подходит? — спросила она.

— Ужасно. Попытайтесь снова. Перестаньте хлопать ресницами, как будто хотите улететь.

— Это все, что я умею. Неужели ни один из этих взглядов не подходит?

— Даже ничего близкого.

Леон изобразил трагическое лицо и бессильно развел руками. Немного подумав, он поднял руки и, не дотрагиваясь до Ариэл, изобразил кистями рамку вокруг ее лица. Он повертел эту невидимую рамку в разные стороны и наконец сказал:

— Возможно, я что-то смогу сделать.

— Каким образом? — спросила Ариэл с явным недоверием.

— Я вижу, дело даже не во взгляде, вернее, не только в нем.

— Не во взгляде?

— Да. Вообще во всем вашем лице. Давайте посмотрим, что можно сделать. Начнем с вашего рта.

— Что я должна сделать с моим ртом?

О Господи, да я просто святой, решил Леон. Только святой может выслушивать подобные вопросы, смотреть на ее нежный, красиво очерченный рот и подавлять желание прильнуть к нему губами.

— Оближите губы, — сказал он почти резко. — Пройдитесь по ним языком. Делайте, что я вам говорю, — приказал Леон, видя ее нерешительность. — Вот так. Влажные губы всегда лучше выглядят, чем сухие.

— Почему?

— Потому… потому что потому, вот почему. Такие губы действуют на мужчину возбуждающе. Не спрашивайте меня почему. Просто делайте то, что я говорю. Теперь слегка их подожмите. Вот так. Далее — наклон головы.

Леон ладонью дотронулся до щеки Ариэл и немного развернул голову. Ее щека была шелковистой на ощупь и приятно холодила руку.

— Вот так хорошо, — сказал он. — А теперь займемся вашими волосами.

— Что вы собираетесь делать с моими волосами?

— Не бойтесь, я не собираюсь стричь их, — заверил Леон. — Сначала надо посмотреть, что можно сделать с ними.

Леон попытался извлечь из-под шляпки несколько локонов, но шляпка так туго сидела на голове Ариэл, что ему пришлось отказаться от своей затеи.

— Вы разрешите? — спросил он, намереваясь развязать ленты ее шляпки, завязанные бантом под подбородком.

— Это обязательно нужно делать?

— Да.

— Мы уже и так зашли слишком далеко, поэтому не вижу смысла вам отказывать.

Леон прикоснулся пальцами к ее подбородку. Нужно быть стоиком, чтобы вынести такое испытание, пронеслось в его голове. Видя, как Ариэл вся напряглась, он хотел напомнить ей, что вчера его прикосновения были ей приятны, но побоялся нарушить то слабое доверие, которое установилось между ними. Он не будет искушать судьбу и постарается сдерживать себя во имя поставленной цели. А его цель — Ариэл, нежная и желанная, бесконечно влекущая. Надо сделать все возможное, чтобы эмоционально раскрепостить ее.

Не давая Ариэл опомниться, Леон потянул за один конец ленты и легко развязал бант. Он ожидал, что она начнет возмущаться, но ничего подобного не случилось. Похоже, она сумела взять себя в руки и приготовилась к самому худшему.

— Вы уверены, что поступаете правильно? — только и спросила она.

— Вы когда-нибудь перестанете задавать вопросы? Я полагал, мы уже все с вами обсудили.