— Вовсе нет, — ответил внук. — Дело в том, что меня пригласила сюда моя мама.
Леди Сейдж бросила уничтожающий взгляд на свою дочь.
— Мне ничего не оставалось делать, — ответила та. — Я была уверена, что ты совершаешь ошибку, в чем я уже сегодня убедилась. Адам имеет право здесь присутствовать.
— У Адама нет такого права.
— Мне непонятно, почему ты тянешь с подписанием бумаг о наследстве. Сначала ты была очень расстроена, потом отправилась в свое бесконечное путешествие. Если бы я тебя так хорошо не знала, то могла бы подумать, что ты пригласила этого дикаря для того, чтобы немного развлечься.
— Какое тебе дело до моих развлечений? — спросила леди Сейдж, весело улыбаясь.
Лицо леди Локби приняло оскорбленное выражение, и она обменялась с сыном многозначительным взглядом.
Адам Локби был крепкого телосложения и одного с Леоном роста. Темные глаза в сочетании с белой кожей и светлыми волосами производили неожиданно приятное впечатление. По мнению Леона, он совершенно не представлял угрозы для империи, о чем ему так много говорили. Скорее всего он производил впечатление неуверенного в себе человека и подкаблучника.
— Уж коли ты ворвался сюда, — сказала леди Сейдж своему внуку, — то можешь остаться.
Она указала ему на свободное кресло, и Локби с видом победителя опустился в него. Он так и не понял всей иронии происходящего, того, что бабушка просто издевается над ним.
Все, кроме леди Сейдж и Леона, расселись по местам.
— Не скучайте, — сказала высокородная вдова своим гостям. — Я желаю поговорить с мистером Дюванном наедине. Мы пройдем в мою библиотеку.
От удивления все раскрыли рты, однако никто не посмел двинуться с места.
Леон последовал за леди Сейдж в расположенную рядом с приемным залом библиотеку. Собаки почетным эскортом следовали за ними. Библиотека была прямой противоположностью залу. В ней царил приятный запах сотен и сотен книг, расположенных на тянущихся вдоль стен полках. К этому запаху примешивался другой — аромат хороших сигар. Мебель в библиотеке тоже была внушительной, но приглушенные цвета обивки и штор делали эту комнату более приятной для глаз.
Оглядевшись, Леон пришел к выводу, что он ошибался, делая поспешные выводы относительно леди Сейдж.
— Стервятники, — заметила она, плотно прикрывая за собой дверь, — набросились на меня со всех сторон, думая, что таким образом они смогут заставить старуху делать то, что им хочется. Предупреждаю вас, молодой человек, я делаю только то, что сама считаю правильным.
— Я тоже, — ответил Леон, и их взгляды скрестились.
— Прекрасно, — ответила старая леди.
Она подошла к большому письменному столу, расположенному в одном из углов, и открыла стоявшую на нем инкрустированную табакерку красного дерева.
— Сигару? — предложила она, вытаскивая одну из них.
— Чувствую по запаху, что они хорошего качества, — заметил Леон, усмехнувшись.
— Самого лучшего. Кубинские, — заверила его леди Сейдж. — Их отгружают в порт Исаак, а у меня там свой человек. Он регулярно присылает их мне. Я пристрастилась к ним во Франции.
— И я тоже, — ответил Леон, беря сигару.
Леди Сейдж вынула из кармана маленькие ножницы, обрезала сигару, затем передала их Леону. Они закурили и расположились в больших уютных креслах, стоявших у камина. Все это делалось, чтобы не мешать наслаждению, получаемому от сигар.
— Они просто превосходные, — нарушил молчание Леон, вдыхая душистый медовый запах.
Леди кивнула, довольная комплиментом, будто вырастила этот табак собственными руками. Они продолжали молчать.
— Элизабет не одобряет моего пристрастия к табаку, — нарушила тишину леди Сейдж.
— Это наверняка делает курение еще более приятным, — откликнулся Леон.
Почтенная дама, откинув голову, громко засмеялась, что подтвердило догадку Леона относительно смешливых морщинок вокруг ее рта и глаз. Было просто невозможно не заразиться ее веселым смехом, и Леон рассмеялся тоже.
Перестав смеяться, леди Сейдж внимательно посмотрела на Леона, и ее лицо стало серьезным.
— Ты очень похож на моего отца, когда смеешься, — сказала она.
Это простое замечание обескуражило Леона.
— Это правда, — подтвердила она, наблюдая за его лицом. — У меня нет ни малейшего сомнения в том, что ты тот, за которого тебя принимают. Ты мало похож на своего отца, но что-то общее у вас есть. Знаешь, ты потрясающе красив.
— Спасибо.
— Мой сын не был таким красавцем. Скорее всего ты унаследовал красоту от матери.
— Моя мать была необыкновенно красива.
— Я в этом уверена. Мне искренне жаль, что она так ужасно погибла.
Леон молча кивнул.
— Если бы я только могла… Но что толку сейчас говорить об этом. Итак, ты мой внук. Я никогда не позволяю себя дурачить, но здесь я должна признать правду. По крайней мере в этих стенах. То, что я скажу публично, пока к делу не относится. Ты поставил меня перед трудной дилеммой.
— Как бы сделать так, чтобы не обидеть сэра Адама и вашу дочь?
