Она повернулась и ушла, чувствуя, что он провожает ее взглядом, и испытывая почти отчаяние оттого, что он отпустил ее так легко. Но им действительно больше нечего сказать друг другу. Если быть честной с собой, то она ведь всегда знала, что их любовь обречена. Кем она еще могла быть для Джорджа, как не любовницей? Даже думать было смешно о другом исходе. Но теперь все: никогда не станет она рисковать своей безопасностью и независимостью ради кого бы то ни было, никогда не позволит больше увлечь себя чувствам. Так она решила раз и навсегда.
Леденящий ветер слепил ее. Она подняла руку к лицу, чтобы защититься от ветра, и почувствовала, что струйки дождя, текущие по щекам, смешались с горячими слезами.
— Моя дорогая, вы уверены, что не жалеете о том, что мы покинули гостиницу? Вам здесь не нравится? — озабоченно спросил мистер Мортон в тот же день после обеда.
— О нет, это прекрасное здание. Я впервые останавливаюсь в таком великолепном доме.
— Полагаю, он скорее просто приятный, — сказал мистер Мортон, осматриваясь, как будто никогда прежде не обращал внимания на обстановку комнаты. — Но когда Редфорд сказал, что мы можем остановиться здесь, я сразу подумал, что с таким деликатным делом, как наше, требующим строгого сохранения тайны, это как раз подойдет… Я имею в виду наши переговоры с Чарльзом.
Эти постоянные дополнительные пояснения, вызванные опасением мистера Мортона, что она его неправильно поймет, особенно умиляли Рут. Она ответила:
— Я прекрасно все понимаю.
— И потом, я никогда не чувствую себя достаточно уютно в отеле, — продолжал мистер Мортон. — Там ведь не бываешь уверен, что тебя не побеспокоят или что вещи будут лежать на том же месте, где ты их оставил. Но все, что я говорю, совершенно, как вы понимаете, не относится к «Толстому Коту».
Рут улыбнулась.
— Я знаю, мистер Мортон. И не беспокойтесь, мне здесь очень нравится. В конце концов, мы прибыли в Бат не отдыхать, а по важному семейному делу, вызванному весьма огорчительными обстоятельствами. И при всем том, благодаря нашей поездке, я много повидала такого, чего не видела прежде. Так что я очень благодарна вам, сэр.
Мистер Мортон покраснел до ушей.
— Вы слишком добры ко мне, миссис Прайс, слишком добры, — проворковал он. — М-мм… Скажите, а вы никогда раньше не бывали здесь со своим супругом? Подозреваю, что вам не часто удавалось покинуть гостиницу…
— Мой муж умер еще до того, как я купила «Толстого Кота».
Говоря это, Рут машинально повернула кольцо надписью внутрь. Этот жест уже давно стал для нее привычным.
— Как это должно быть ужасно, — овдоветь в столь юные годы! — патетически воскликнул мистер Мортон. — Но смею сказать, Шон стал весьма хорошей и надежной опорой для вас. Он всегда казался самым преданным слугой.
— Да. — На какой-то момент холодный блеск промелькнул в глазах Рут. — Да, он предан мне. Послушайте, мистер Мортон… — начала было она, но запнулась… — А что, если мы в ожидании возвращения вашего племянника кое-что предпримем? Ну, например, можно попробовать познакомиться с мисс Ренфрю.
— С мисс Ренфрю?
— Попытаемся хотя бы выяснить, насколько серьезно Чарльз ухаживает за этой девушкой, — пояснила Рут. — И если действительно дело серьезное, то нравится ли он ей или нет.
— О, я понял. Но я совсем не знаком с семейством Ренфрю, — огорченно возразил мистер Мортон. — Не уверен, что и мистер Редфорд их знает. Но если он с ними знаком, то и нас сможет представить.
— Даже если Редфорд и не знает их, я не вижу тут особых трудностей, — ответила Рут. — В «Памп-Рум» мне показали мисс Ренфрю и ее матушку. Надо просто подойти к ним и заговорить о том, как прекрасно Чарльз отзывался о мисс Ренфрю, а потом, сославшись на родство с Чарльзом, самим представиться. Сделать это очень легко и просто. Вам налить еще чаю, сэр?
Мистер Мортон смотрел на Рут чуть ли не с благоговением.
— Вы никогда в жизни не теряетесь, мэм? Рут в ответ улыбнулась.
Говоря по правде, после нескольких лет, проведенных среди постояльцев своей гостиницы, она слегка волновалась при мысли, что придется представляться богатой наследнице, да еще столь сомнительным образом. Но внешне Рут держалась так, что мистер Мортон не заметил ее неуверенности.
На его же вопрос она ответила так: — Ну, как не теряться? Теряюсь, и частенько. Но я обнаружила, что, если хочешь быть преуспевающей хозяйкой гостиницы, никогда не позволяй своим гостям догадаться, что что-то привело тебя в замешательство.
— Здесь для вас кое-что передали, мэм, — чинно сказал дворецкий. — От портнихи мадам Сесили.
— Для меня? — удивленно воскликнула Рут. — Вы уверены, это не ошибка?
— Уверен, мэм. На приложенном конверте указано ясно.
И он протянул ей конверт на серебряном подносе.
Взглянув на него, Рут тотчас узнала почерк Джорджа. Сердце тревожно забилось у нее в груди, но она сумела подавить овладевшие ею чувства и ничем не выдала своего волнения.
— Спасибо, Григсон, — сказала она, убирая конверт. — Вы не могли бы отнести этот пакет в мою комнату?
— Конечно, мэм.
Он взял сверток и вышел с ним из гостиной.
